— Побывал, да, — признал я. — И не только орден оттуда принёс, — я приподнял трость.

— Да, Лидка рассказывала, — покивал Иван.

Долго мы у Лиды не засиделись, оставаться у неё в такой день было бы неуместно, и вскоре я собрался домой. Ваня вызвался посидеть с сестрой, но Лида сказала, что лучше ей помолиться да поплакать в одиночку, так что с её братом мы вышли вместе.

— С Лидкой-то что дальше думаешь? — спросил он на правах старшего мужчины в семье.

— Тут, Ваня, думать нечего и никакого «дальше» скоро и не будет совсем, — не стал я скрывать. — Меня осенью женят, Лида тоже говорила, что хочет снова замуж…

— И ладно, — согласился он. — Я за Лидку на тебя не в обиде, пусть и грех на вас с ней. Спасибо тебе, что Петьку нашёл, хоть он её теперь держать не будет.

Ну да, не будет. Глядишь, и правда, выйдет Лида вскорости замуж, родит детишек, и всё у неё наконец-то станет хорошо. В конце концов, она семейное счастье заслужила.

— Ты, Ваня, будь добр, присмотри за сестрой, чтобы мужа себе нашла не такого, как тот Петька, — мягко сказал я. — Хорошая она, светлая, жаль будет, если опять ошибётся.

— Ну да, Петька не подарок был, — признал Ваня. — Но деньги в семью приносил хорошие.

— Нет, Ваня, не хорошие, — я даже остановился. — Петька Бабуров был вором и деньги домой приносил ворованные. А потом он перешёл дорогу другим ворам, они его и зарезали. Вот так.

— Ты-то откуда знаешь? — недоверчиво вопросил Иван.

— Знаю, Ваня, знаю, — нажал голосом я. — Я же с губными вместе его искал. — Тут я, конечно, слегка прихвастнул, но именно что слегка. Всё-таки без моего участия попадание Ломского в заботливые руки смиренных монахов не обошлось.

— Вон оно как… — Ваня озабоченно нахмурился. — Лидке о том говорил?

— Нет, — ответил я. — Пожалел. Ей и так нелегко сейчас.

Сколько-то шагов мы прошли молча. Ну да, Ивану сейчас не позавидуешь, такое узнать…

— Хорошо, что мне сказал, — выдал наконец он. — И правда, надо за ней присмотреть. Я твой должник теперь, если что.

— Сочтёмся, — пообещал я. — А расскажи-ка мне, Иван, как тебя на том заводе учат…

Следующим занятием, которое я себе нашёл, стала работа над услышанным от Ивана. Я добросовестно разложил всё, что он рассказал мне о своём заводском обучении, по тем полочкам, к коим приучили меня в университете. Получилось очень и очень грустно. Уже на этапе определения свойств будущего изделия артефакторы Славиных показывали, скажем предельно мягко, неполное понимание стоящей перед ними задачи, а дальше всё становилось ещё хуже. Материалы подбирались на глазок, а вместо справочников использовались либо собственный опыт, либо рассказы товарищей по работе. Ванька вообще от меня только в первый раз и услышал, что соответствующие справочники существуют! В общем, позорище полное. Ничего удивительного, что покупателями часов братьев Славиных становились лишь те, у кого потребность в знании точного времени уже появилась, а на немецкие часы денег ещё не хватало.