— Я буду иметь это в виду, дорогая, — сказала, после чего мы все вышли на прогулку.
Только малышка Лилия куда-то потерялась, но это, как сказали мои новые подруги, совершенно естественное явление. Как только она будет нужна, то сразу объявится.
Часть 40
16 (4) апреля 1855 год Р. Х., день восьмой, вечер. Окрестности Лондона, Виндзорский замок.
День этот был типичным весенним днем в Британии. Утром — непроглядный туман и накрапывающий дождик; к полудню развиднелось, в прорехах меж облаков заголубело весеннее, будто специально вымытое небо, а вечер в теплых лучах закатного солнца оказался восхитительно хорош. Кончилось же все еще лучше, но далеко не для всех: иных этот день опечалил до глубины души, а для некоторых и вовсе оказался последним днем жизни…
Яхта Наполеона Третьего «Прекрасная Гортензия», доставившая его с супругой и свитой из Кале в Дувр, причалила к британскому берегу ранним утром, когда вокруг стоял густой туман. Риск был огромен, ведь в молочной мути было невозможно разглядеть даже пальцы вытянутой руки. Но лоцманы справились и подвели корабль с французской императорской четой к причалу минута в минуту к назначенному времени. Встречать дорогих гостей выехал лично принц-консорт Альберт. И когда он шагал навстречу гостям по красной ковровой дорожке, то едва видел носки своих начищенных ботфорт. Воистину — туманный Альбион… Кстати, капитан второго французского корабля «Буревестник», на котором в Британию перевозили багаж императорской четы и прислугу, не стал рисковать и повернул свое корыто обратно к французскому берегу. Таким образом, император остался без запасного мундира, а императрица — без вечернего платья и личного куафера.
После несколько скомканной церемонии встречи гости проследовали на железнодорожный вокзал Дувра, где их ожидал представительский ВИП-поезд. При этом первые полтора часа пути проходили в сплошном тумане, и пассажирам ВИП-поезда казалось, что они едут в никуда. Потом туман стал редеть, и к тому моменту, когда императорский поезд подъехал к старейшему вокзалу британской столицы под названием Лондонский Мост, туманная муть уже вполне рассеялась, а в облаках даже стали появляться прорехи, через которые нет-нет проглядывало солнце. Там, на вокзале, дорогих гостей ждали роскошные экипажи, составившие императорский кортеж, и духовой оркестр, который встретил Наполеона Третьего слащавым романсом «Отправляясь в Сирию», лично написанным мамашей этого величайшего из всех проходимцев в мире.
Когда оркестр закончил играть, гости британской столицы и их гостеприимные хозяева расселись по открытым ландо — и кортеж принялся колесить по лондонским улицам, украшенным британскими и французскими флагами, заполненным празднично одетым народом. Впрочем, веселье и радостные крики выглядели несколько натужно, поскольку сведения о произошедшем несколько дней назад на подступах к Севастополю уже начали просачиваться в британское общество. Впрочем, лондонцы надеялись, что их королева Виктория сейчас хорошенько надавит на императора Наполеона, тот вставит пистон своим генералам — и те радостно поведут французских солдат умирать за вечные британские интересы. Между делом император Франции показал своей супруге дом, в котором он жил, когда был простым политическим изгнанником, а также рассказал, как однажды заплатил сорок фунтов стерлингов за билет в театр — только для того, чтобы увидеть там совсем молодую тогда королеву Викторию. И ни слова о своей любовнице мисс Говард, богатейшей даме лондонского полусвета, которая продала свои драгоценности и замки, отправилась вместе с ним во Францию и профинансировала государственный переворот, приведший его к власти…