На улице голоса, крики, ржание лошадей, всполохи факелов.

Поднёс дрожащие руки к лицу. Твою мать, у меня снова есть руки! Тонкие, бледные, дрожащие, снова проклюнулсясистемный голод. Но! Есть руки, есть ноги, есть возможность сесть! Захотелось немедленно пуститься в пляс.

Ладно. Восторги потом. Выходит, в пещере я не регенерировал и всё время проседал своим дряхлым здоровьем не потому, что сильно пострадал, а из-за гадкой богини. Может она собиралась меня забрать с собой и от души пытать, пока я схожу с ума от боли и невозможности спокойно умереть? Кажется, кто-то нарывается на грубость.

Вернёмся к шуму-гаму на улице. Кажется человеки устроены довольно предсказуемо.

Когда подкупленный мной отряд вернулся на базу с пустыми руками (что не так и удивительно, они же ищут жратву на тщательно разграбленной территории) и доложил об неуспехе, от их чуткого руководства не укрылась деталь о нападавших — монстре и колдуне, что не укладывалось в стандарты описания врага. Любопытство у военных работает просто — они послали карательный отряд чтобы дать ордынцам мзды. Теперь, найдя посреди деревушки куски сожранных туш, их внутренние детективы решили, что находятся на верном пути. В результате интеллектуального штурма им пришла в голову инновационная идея, что было бы недурно обыскать дома в деревне. Теперь группы по пять-шесть солдат рассредоточились и хаотично вскрывают все строения, переругиваясь и натыкаясь друг на друга.

Удивительно что ни ещё никто никого не убил. Впрочем, это я сейчас исправлю. Как говориться, кто к нам с чем зачем, тот от того и того!

В мою хатку тоже ввалились, нещадно выбив дверь (вообще-то она была открыта, но солдат такая деталь не волновала). Кроме поисков монстра, искали чем бы можно было поживиться.

Накинулневидимость , поигрываяпехотным ножом и пошатываясь от слабости, пошёл играть в Джона Рембо.

Эти придурки разбрелись по комнатам, и только старшина стоял в предбаннике и подбадривал их криками, часть из которых моё знание языка«шалагайский усреднённый» не распознавало. Пробелы в образовании, а ведь выражения цветастые и явно нужны мне.

Пехотный нож рассёк горло «крикуна». Шагнув к нему поближе, ощутимо цапнул его за шею, прокусил, позволил повалиться. Ну, первый пошёл.

Не снимаяневидимости , подло нападал на солдат. Только последний понял, что происходит какая-то нездоровая херня, когда споткнулся о окровавленное тело своего товарища. Получивклевцом по темечку и стандартныйукус в шею, он тоже затих и перестал оглашать криками хаос в безымянной деревушке.