Расстояние было приличным, а магические сгустки летят даже медленнее стрелы, давая мне необходимое для уклонения время.

Блинк заблокирован. Ну это я так, по привычке, проверял же уже.

Я кинулся влево, прыгнул зайчиком, совершив кувырок и через секунду уже был на ногах, в стороне от магических зарядов, а мой противник бежал ко мне с громадным молотом наперевес. Только что же лёгкий клинок был?

Бердыш.

С большим трудом я отклонил его удар, одновременно перемещаясь в сторону и контратакуя рубящим ударом, вынуждая его использовать своё мегамолоток для того, чтобы отбиваться от меня, а не пытаться сделать из меня котлету в толстой фольге.

Даже не видя его лица, было понятно, что ситуация ему не нравится, я был более высоким, длинноруким и потенциально сильнее его. Навязав ему бой на длинной дистанции, поставил в невыгодное положение.

Впрочем, драка королей — это ни разу не честный бой.

Оттолкнув меня и сделав обманную подсечку, он вместо атаки отскочил на шаг и руки его окутало сиянием, то есть через мгновение я получу магический подарочек. Скорее всего его навык откатился, а я своей дракой лишь дал ему необходимое время для этого.

Впрочем, в такие игры можно играть и вдвоём. Какая-то часть системных фокусов работает, раз он магией шарашит. Может угостить его огоньком?

Живой таран.

К удивлению, сработало. Меня моментально разогнало как пушечное ядро, и я пнул крупным тупым твёрдым предметом, то есть собой, короля Иштвана и сбил его, как кеглю.

Его величество возмущённо квакнул. Упав в метре от меня, он тут же попытался встать. В отличие от него, я был готов к близкому контакту и бессовестно врезал ему по башке, как боксёр. Рука у меня была в перчатке, так что такой удар выдержала.

Шлем с противника от удара слетел, под шлемом оказался череп, покрытый мёртвой плотью, на которой был изящно водружён великолепный шелковистый парик, теперь совершенно не эстетично слетевший. От удара его королевское величество на долю секунду потерял контроль над ситуацией, а я тут уже вскочил и ударом бердыша в длинном замахе засадил ему точно по сочленению локтя, срубив его правую руку.

— Грыы… — он встал на ноги, перехватил материализовавшееся в левой руке копьё и кинулся на меня как бык, удерживая оружие одной рукой и зажимая его под мышкой. Что и говори, мёртвые намного хладнокровнее и жёстче дерутся. Живого бойца потеря конечности здорово сбила бы с толку.

Я легко отклонился от острия и, хотя не смог попасть по нему бердышом, поставил ему подножку, и противник с грохотом вновь упал.

Отшвырнув (а не убрав в инвентарь) копьё и даже не вставая, он попытался запустить свою особенную магию с оставшийся руки, но, поскольку я уже стоял, то владел инициативой в драке и, шагнув к нему, безжалостно срубил ему вторую кисть.