Вышел на связь с диспетчером, прогрел двигатель, стал набирать мощность двигателя, не отпуская тормозов. Диспетчер долго выяснял, кто я и куда намылился, упрямился, ворчал. Мой полёт ни с кем не согласован, мне пришлось поставить его перед фактом, что я взлетаю, а там хоть трава не расти.

…

С Москвой всё было не так просто. Там ПВО работало и на подлёте к нему меня постоянно вели диспетчеры, у которых, вероятно, сейчас просто мало объектов сопровождения. Так, залетал я с юга, но меня аккуратно и довольно нудно обвели по большой дуге вокруг центра, на приличном от него расстоянии, а потом вывели на ВПП в Шереметьево. Видимо им так было удобнее, причём только им, потому что координаты того, куда мне надо прибыть для отправки экспедиции в мой ледяной мир были возле станции метро Выхино, то есть от этого аэропорта — не ближний свет.

Ладно, решаю проблемы по мере поступления.

И хотя летел я всего где-то час десять, мне ещё двадцать минут не давали посадки, заставляя кружится над Шереметьево и это при том, что никакой активности в небе я не заметил. Хуже то, что уже вечерело, а полоса не была подсвечена.

У меня сильно чесались руки, чтобы сбросить скорость машины, покинуть салонблинком , а потом поймать вкарту , как я уже делал, но решил не злить лишний раз московских диспетчеров, всё же мне ещё летать.

Мне дали посадку на полосе, которую диспетчер назвал «Дубы». Полоса была подсвечена откровенно слабо, сажал я самолёт против заходящего солнца. Шайсе, надо в следующий раз портальное перемещение организовывать, а не вот это вот всё.

Зато полоса длинная, можно хоть линкор на неё посадить. Качество полотна отменное.

Колёса взвизгнули, коснувшись поверхности, машину пару раз дёрнуло, но в разумных пределах, после чего она весело и задорно покатилась по широченной полосе, окружённой озорным зелёным полем. С каждым разом посадка даётся мне всё легче. В первой попытке, если бы не системные финты — убился бы сам и технику угробил.

До конца полосы мне пришлось не то, чтобы тормозить, а ещё и пару раз поддавать газку, такая она была длинная.

— Царь Кощей, дождитесь офицера сопровождения, Вас ведёт государственная безопасность, — угрюмо буркнула рация голосом очередного диспетчера. Причем моё имя и титул был произнесён максимально равнодушным тоном, скорее всего диспетчер считал, что это просто «позывной» и всё.

Ну и ладно, мы цари не гордые.

Ждать были откровенно скучно. Я осмотрел самолёт, погладил его по дюралюминиевому боку, втянул в карту, достал изинвентаря стул и пока ждал появления встречающих, чуть не задремал, сидя на нём.