— Ну, меня не так просто задержать.

— Ты же не станешь громить ни в чём не повинный патруль? Они тут не просто так. В город огромное количество прорывов и всяких вторжений. Несмотря на то, что такая звезда балета, как ты, зажглась в провинции, у нас тут тоже дым столбом и постоянные сражения. Городское ополчение, то есть союз кланов, работает в тесной связке с координационным городским штабом, так что мне не хотелось бы, чтобы они пробовали на тебе свои зубы. Ты бы задерживался, а меня бы ожидали потом межведомственные разборки.

— Да я что, да я же ничего, — машина покидала пределы аэропорта, лишь ненадолго притормозив в районе КПП.

— Ну вот и ладненько. Я с тобой сегодня увидится не смогу, только завтра с утра.

— А где Джим?

— Соскучился?

— Типа того. Думал взять его с собой, он уже видел ледяной мир.

— Это нежелательно, он, как завлаборатории, плотно занят, у них интенсивный график и он очень результативно работает по созданию актуальных систем вооружения. Его ценность, как инженера и эксперта, считается очень высокой.

— Фига у него карьера попёрла. Как мне его найти, хотя бы переговорить?

— В комплексе твой пропуск на территорию зон «В» и «Е». Но я сейчас дополню её зоной «А», где он и обретается.

— Пропуск дело условное, а физически он где?

— Там и спросишь зону «А». Лаборатория, если не ошибаюсь, семь. Ладно, рад что приехал, у нас тут дел по горло. И вот ещё что, генеральный штаб официально благодарит тебя за чудо в Дубне, ты аннигилировал громадную угрозу.

— Скажу то же самое, что и Цезарю. Враг придумывает новую подлянку. Удалось выяснить, где эмиссар окопался?

— Есть как минимум шесть сотен белых зон на планете. Мест, откуда нет информации, там «туман войны». Примерно в четверти случаев в этих зонах есть инфраструктура, где можно создавать слуг и конструктов. Это сто шесть перспективных территорий. Это города, промзоны, острова. Мы считаем, что где-то там он и есть.

— Или он вас обманывает.

— Ты знаешь что-то, о чём мне стоит знать?

— Ну, начнём с того, что я везу в карте раба человека, который воевал на стороне армии бога машин. Точнее сказать, он уже не человек, а гуль, но был рабом-человеком на службе врага. Местный, то есть, с Земли.

— Отдашь его нашим?

— Отдам. Затем и взял как языка. Вы с ним помягче, у него психика изломана, но память работает. Но сам факт существования ренегатов говорит о том, что эмиссар очень гибко подходит к тактике. Их первоначальный план не то, чтобы сорвался, но не сработал. Они используют накопленные ресурсы, рабов-людей, создают некротических конструктов, против которых не срабатывает мой имбовый артефакт.