В этот раз я появился в районе входа в здание перед их внутренним контролем. Сколько они вообще тратят усилий на всякие КПП и вахтёров?

— Пропуск, — громыхнула ладонью по столешнице тётка в массивных очках, сидящая за офисным столом с табличкой «ректорат».

Я показал пропуск, она посмотрела на меня с недоверием и не спешила отдавать.

— Мне нужна лаборатория семь. Заведующий Хопкинс.

— Здесь нет никакого Стивена Хокинга, это вообще в Лондоне, — презрительно сощурилась тётка, а я вырвал у неё пропуск.

— Грубиян. Я сейчас в оперативную позвоню!

— Да хоть в швейцарскую гвардию Ватикана, — я отвернулся и даже услышал, что она демонстративно сняла трубку стационарного телефона, вероятно это должно было бы меня испугать.

Дожили, вахтёры стопорят царей!

Пройдясь по полутёмному коридору, я нашёл пластиковую дверь с подпалинами, на которой трафаретом было намалякано «семь» и открыл.

Там мне встретилась невысокая черноглазая девушка с плотным пучком волос.

— Здравствуйте, — вежливо, но предельно серьёзно сказала она.

— А мне нужен заведующий. Гоблин Джим. Не знаю под каким именем его тут у вас знают…

— Джим Иванович у себя, я Вас провожу.

…

Гоблин располагался в отдельном ярко освещённом кабинете, на стенах которого висели спортивные грамоты. Сейчас помещение было переоборудовано под лабораторию, во всяком случае в него втиснули три лабораторных стола с оборудованием и какой-то мутный стенд, который магическое чутьё не могло даже распознать, так много там было намешано магии.

Джим сидел на стуле, подобрав под себя ноги и опасно раскачивался, балансируя на всего двух ножках.

Увидев меня, он всхрапнул, как конь и соскочил со стула, причём тот упал, а гоблин нет.

Девушка вздохнула и пошла ставить стул в вертикальное положение.

— Нонночка, а принеси нам с коллегой кофе из автомата. Раф, если можно. Три деления сахара.

— Я доктор наук, Джим Иванович, — строго ответила она, однако ушла, цокая каблуками.

— Пока её нет, давай бахнем, — не дожидаясь ответа, он достал из початую бутылку виски из своегоинвентаря , сцапал откуда-то кофейную кружку, чьё содержимое без раздумий вылил в мусорное ведро (оно было сетчатым, так что часть остатков кофе разлетелась по полу) и какой-то химический стакан с разводами фиолетовой жидкости на стенках и быстро налил туда на четыре пальца виски.

Отклонившись в сторону, он включил вытяжку, так что мощные ароматы алкоголя стали покидать помещение.

— Давай быстрее, пока Нонночка не вернулась, — он чокнулся со мной и выпил из кружки, а я, чуть не подавившись, из стакана. Привкус был, как будто виски вымачивали в контейнере для хранения ядерных отходов. В этот момент я порадовался, что у меня какой-то там матёрый иммунитет.