— Какие просьбы? Налоги? Принудительный призыв в армию?

— Ну, армия будет, но общая, вы часть системы, в другом смысле этого слова. Общий парламент, правительство, налоги будут, но не сразу, первое время просто осваиваемся, строим наш мир. Да, я вас попрошу помочь мне в строительстве моего личного дворца.

— Есть проект?

— Надо разработать, — вклинилась Ксения.

— Поможем, сделаем, — приосанился со второго круга тот гном, который помогал ей со стулом.

— Когда Вы планируете переброску, Царь? Наш царь? — спросил один из самых молодых ярлов.

— Да… в принципе… — перед моим интерфейсом горел важный, наверное, даже ультимативный запрос от системы, по поводу её далеко идущих планов на этот мир. — Сейчас договорим и можем начинать.

— Вот так сразу? — неприятно удивилась добрая половина гномов, традиционно любящих порассуждать и поспорить максимально возможное время.

— А чего ждать? Пока вас эти пещерные бомби сожрут?

— Ну, нам бы вещи собрать? — растерянно пробормотал Хорнбори.

— Дам вам час, но в целом, вы пришли в этот мир с голой жопой, покидаете кто в чём, давайте не будем так страдать из-за несущественной херни. Да, маленькая ремарка. Кто не эвакуируется, умрёт.

— И кто же его убьет? — криво усмехнулся один из недоверчивых ярлов.

— Найдётся кто. Так что, вы согласны?

— Ну, ты так давишь, царь, — усмехнулся Ейрлинг. — Впрочем, мы же сами искали путей, а ты обещаешь, что не наденешь на нас ошейники рабов, а наших дочерей не отдашь в бордели. Мы, конечно, сейчас проголосуем…

— Если это поможет, то те, кто не эвакуируются, умрут не от рук орды, орде, как мне кажется, приходит конец. Покидая этот мир, вы оставляете за собой сполохи конца света, смерти для всех.

— Мы не выживем, никто не выживет? — просил Золотой Ярл.

— Грубо говоря, так. Кроме первого гнома.

— Он — это просто наша легенда, царь.

— Конец — это начало. Вы провозглашаете конец своего мира, и система запустит его начала. Где-то в процессе умрёт орда. Эта мелкая деталь должна вас порадовать.

Тригас, который за это время слез со стола, вернулся в первый круг и что-то бормотал под нос, что скорее всего являлось ядрёными гномьими матами.

Ейрлинг погладил бороду и сказал несколько фраз на языке гномов, потом задал какие-то вопросы, они отвечали короткими скупыми фразами, хотя было видно, что они хотели бы поговорить, часами и даже сутками горячо всё обсудить, поспорить до хрипа, подёргать друг друга за бороды.

Ейрлинг поднял руку, невысоко, скорее символически, постепенно его примеру последовали все, потом глянули на Хорнбори. Тот смутился, но тоже поднял руку.