Развязка пришла быстро. Волк поднырнул под очередной таран, вцепился вепрю в бок и рванул. Хрустнуло. Любимец Адриана завалился на песок, и кровь поползла по белой ледяной корке.

Трибуны взорвались рёвом. Победа ушла Касьяну.

Адриан медленно отставил бокал, и костяшки его пальцев побелели.

— Следующими на арену выходят… — принялся объявлять комментатор.

На песок тем временем высыпали слуги и принялись техниками убирать кровь и убирать следы боя, разглаживая борозды, готовя арену к следующей схватке.

— Это не бой, это резня, — Адриан швырнул перчатку на столик так, что графины звякнули.

— Проклятые стимуляторы, — процедил Адриан, поднимаясь. — Дать зверю боевую дрянь, разогнать резерв на один круг, а потом хоть трава не расти. А хуже всего, сейчас это не доказать, турнир регулярный и перед ним замеры не проводились.

— Он развернулся ко мне. — Идём вниз. Заодно и проверим, чего стоит твой хвалёный бульон.

Я двинулся за ним, прихватив с подлокотника Рида, который недовольно мявкнул, что его оторвали от созерцания чужих зверей.

Нулевой этаж арены жил отдельной от трибун жизнью. Здесь не было ни люстр из живого света, ни вина в графинах, зато пахло палёной шерстью, кровью и звериным страхом. Вдоль стен тянулись ряды вольеров, откуда рычали и били лапами по решёткам те, кого толпа наверху каждый день освистывала или возносила.

В дальнем загоне над тушей пламенного вепря уже хлопотала Инга, и руки у неё были по локоть в крови.

— Плохо дело, — бросила она, не оборачиваясь. — Бок вскрыт до рёбер, кровь унять не получается, резерв просел почти в ноль. Ему бы побольше духовной энергии да недели две покоя, тогда, может, и выкарабкается.

— Двух недель у нас нет, — Адриан стиснул прутья загона.

— Так дайте я сбегаю за зельем, — Ронан поправил очки. — Нормальным, восстановительным. А не будем поить зверя рыбным отваром и гадать, поможет или нет.

Вот она, святая вера в проверенное. Я этих скептиков навидался ещё в прошлой жизни, когда какой-нибудь критик морщил нос на мой соус, так и не донеся ложку до рта.

— Сначала бульон, — сказал я. — Зелье ваше никуда не денется, а вот вепрь может.

— Резонно, — Адриан кивнул, и в голосе прорезалась надежда, которую он сам себе боялся позволить. — Но всё-равно, если не поможет твой отвар, Ронан добежит до лавки. Время ещё есть.

Я кивнул, тем временем вскрывая ранее доставленный бочонок и протягивая Инге. Она зачерпнула концентрат кружкой, разжала вепрю челюсти и влила тёмную жижу прямо в глотку, придерживая зверю голову.

— Ну-ну, потише, дорогой. Будешь ты у нас еще за свинками бегать на медовых равнинах, тише-тише… — успокаивала она то и дело взбрыкивавшего кабана, поглаживая по шее.