— Мы не знаем, какие у него будут стадии при полной силе, — нахмурилась Алисе. — Этот враг требует четких действий, но каким он станет потом… я просто не знаю.
— Значит, придется действовать по ситуации.
Тут дверь открылась, и к нам залетел Картар.
— Привет, народ, — поздоровался гном, сняв свою шляпу. — Долго же до вас было добираться.
— Привет, Картар. С твоими ногами действительно долго, — покивал Рэй.
— О, смотрите, кучка воздуха разговаривает, — усмехнулся гном. — А я уж думал ты просто тут для декорации.
— Не более чем ты, тумбочка, — улыбнулся Палач.
Ну, они так долго могут ругаться. По крайней мере это лучше грусти и всего остального.
— Картар, — обратился я к гному. — А не скажешь ли настоящую причину твоего ухода из Дома Дракона.
— Чего⁈ — удивился он.
— Я просто подумал, что даже если ты там отвечал за безопасность, скидывать всех собак на тебя было бы глупо. Что ты мог противопоставить слугам Дементии? Да и разве твои действия не помогли решить проблему? Так почему ты ушел?
Гном не стал возражать или ругаться, а только помрачнел. Да, Рэй давно это заметил. Он своего друга знает и, обсудив его поведение, мы решили поговорить с ним на эту тему потом.
— Дом Дракона боится Дементии, — признался он. — Жадность моего народа не зря вошла в легенды. Алчнее нас только гоблины и демоны Алчности, но даже так мы все равно остаемся крайне жадным народом. Подкупить или запугать наших проще простого, а здравый смысл в последние годы все больше покидает наш Дом. Это нападение было не просто спланированной атакой, — он нахмурился. — Это была провокация. Намеренное показательное выступление. Нам показали насколько сильна Дементия и ее слуги, и как легко они могут к нам проникнуть. Некоторые всерьез испугались, что такое повторится. На полном серьезе ведутся обсуждения насчет того, чтобы примкнуть к ней. С каждым днем в Совете все меньше голосуют против, и это пугает. Моя семья была некогда одной из благороднейших, и мое слово в Совете порой имеет вес. Потому я и сбежал, чтобы они не попытались меня использовать. Есть те кто верен старым договорам и хочет сохранить нейтралитет, но их все меньше с каждым днем. Точно будет раскол.
— Если Дом Дракона встанет на сторону Дементии, — поежилась Ванда, — она же получит Левиафаны!
— Мне потому и страшно, — покивал Картар. — Левиафан — страшнейшее оружие, созданное еще двести лет назад, но до сих пор превзойти его не получилось. Какие там драконы или Пушка Зевса, они и процента этого могущества не достигли. Да и на остальных сторонах с этими кораблями сейчас проблемы. В Аркаде есть Левиафаны, но большая часть из них в ужасном состоянии. Их со времен войны никак не могут полностью починить. Разве что два полностью в порядке, но их может не хватить. В Мироу может один есть, или их аналог, и то, если повезет и он будет хоть в половину так же хорош. Про Святую землю и говорить нечего, у них таких кораблей нет. Их вера, конечно, сильна, но вряд ли она поможет против всесокрушающей мощи готового к бою современного Левиафана.