— Ты прав, Ибрагим, — худощавый погладил свою редкую бороду. — Но это уже не наши проблемы. Наша задача была доставить на турнир как можно больше людей, как зрителей, так и участников. Мы так и сделали. Владыка должен быть нами доволен. Зрелище обещает быть грандиозным, как и запланировано.

Остальные одобрительно загудели и потянулись к кружкам. Уже не в первый раз они встречаются, поэтому считают друг друга хорошими приятелями и могут позволить себе расслабиться. Насколько вообще можно расслабиться в таком обществе, где каждый бы предпочёл избавиться от другого.

— Слушай, Зак, — повернулся к нему Ибрагим, — ты видел всех, кто был с тобой в деле, и знаешь, кто на что способен. Как думаешь, есть ли в составе твоего каравана практики, которые смогут потягаться за призовые места? Может, на кого-то можно поставить? — весело подмигнул он.

Продажа информации тоже была их прямым делом, вот только надо ещё знать, как её подавать, чтобы и самому оказаться в выигрыше.

— Есть и не один, — кивнул заметно охмелевший Брун. По крайней мере, внешне. — Но ставку я бы сделал только на Сорена Лана. Жаль, что он не так быстро поднимается по этапам Возвышения, как мог бы, если бы меньше тратил времени на пьянство и плотские утехи. О нём ходили такие скверные слухи, что я до сих пор не понимаю, зачем он отправился с нами.

— Как думаешь, для чего он прибыл на турнир? Денег и возможностей у его семьи предостаточно, поэтому вряд ли он польстился на призы, — спросил мужчина с татуировками.

Зак Брун откинулся на спинку стула и, сыто икнув, кивнул:

— Согласен. Великий дом Лан — один из самых богатых на континенте. Но даже они не хотят сорить деньгами. А именно это и делал Сорен. По крайней мере, до недавнего времени. Кстати, насчёт ставок. Давайте проведём между собой небольшой спор? Чей боец выиграет, тот забирает всё.

— По сколько будем скидываться? — Ибрагим с готовностью достал, на первый взгляд, совсем небольшой кошелёк.

— Ну-у, мы с вами люди деловые, поэтому на маленькие деньги играть неинтересно. Предлагаю сразу по тысяче духовных монет, — Брун обвёл присутствующих выжидательным взглядом.

— А если никто из нас не выиграет? — уточнил худощавый мужчина, наматывая кончик бороды на палец.

— Тогда каждый заберёт свою ставку, и все.

Когда речь заходила о деньгах, Зак Брун тут же трезвел и становился собранным и внимательным. Мужчины переглянулись и согласились с условиями. Только один отказался, сославшись на то, что в его караване не было ни одного достойного практика, а полагаться на слова других, значит, сильно рисковать.