Кристофер Оркнейс задумчиво посмотрел на женщину — артефакт.

— Я не призываю верить нам, — продолжил Роман. — Я не хочу, чтобы вы принимали решение, не имея четкого знания. Наше общество основано на том, что участвующие в нем состоят в «Адвентуме» исключительно по личному желанию. То, что произойдет сейчас, вы также сможете контролировать. Грааль передаст вам не прану простецов. Одно из его свойств, это возможность забирать, без потерь, чистую, без эмоциональных и любых других примесей, прану и передавать ее тому, кому пожелает. Причем, процесс передачи очень эффективен. Потери минимальные.

— Вы хорошо продаете, господин Чарторыйский, — мелодичным голосом произнесла Адамайн Хепбёрн, глава клана, а по факту, глава ведьминского ковена. — Но не только Адвентум знаком с Граалем. У ведьм Шотландии нет никакого желания идти в крестовый поход.

— До сего времени, госпожа Хепбёрн, — спокойно ответил Чарторыйский. — Грааль, действительно, использовался лишь Католической Церковью. Функции, кстати, он выполнял те же, передача праны. Именно поэтому Церковь эта была так сильна. Но. Также Церковь преследовала и свои цели. Давайте начистоту, католики, фактически, стали кланом. И они передавали не чистую прану, а «святую». Предыдущие воплощения Граалей были святыми женщинами. В полном смысле этого слова. Они верили, что прана — это божья благодать. А также передавали и те смыслы, которые им вкладывали священники. Обратите внимание, госпожа Хепбёрн, кланы и ведьмы никогда не удостаивались «чести», принять прану от Грааля. Потому что, тут же бы все поняли. Не так ли?

— Да, примеси легко определяются, — задумчиво произнесла Адамайн.

— До того, церковь имела широкую сеть, — продолжил Чарторыйский. — Так как Грааль — это артефакт исключительно Европейского эгрегора, то воплощался он также в Европе. И Церковь его быстро находила, а затем… запирала.

— Как же вам удалось перехватить артефакт? — проскрипел Кристофер Оркнейс.

— Я не захотела, чтобы церковь мною пользовалась, — заговорила в этот момент женщина-Грааль. — Меня зовут Вивиан, а не Грааль.

Роман, с улыбкой на лице, сделал жест в сторону Вивиан.

— Я сама так решила, — уверенно продолжала женщина. — Я не сосуд для семени священников и не безмолвное орудие Церкви. Я человек.

— А для чьего сейчас семени ты сосуд? — с наглой ухмылкой произнес Кензи Аркур.

— Я чиста, господин Аркур, — холодно ответила Вивиан. — И таковой хочу остаться.

— Вы позволите проверить это? — поинтересовалась Адамайн Хепбёрн.

— Прошу, — разрешила женщина, разведя руки в стороны.