В этот момент прибыл Ингро Талис. Его большая тяжёлая машина остановилась у оцепления, и начальник безопасности, одетый в егерский штурмовой комплект вышел так спокойно, словно не опоздал к бою, а приехал ровно к той части работы, которую считал своей. С ним приехали Лунгар, два следователя и маг в сером плаще. Ингро окинул взглядом фасад, врачей, егерей, заложников, потом Ардора.

— Вы, как я понимаю, снова решили поддержать статистику личным примером.

— Внутри был призывной якорь.

Юмор ушёл с лица Талиса мгновенно.

— Где?

— Подвал. Кристалл разрушен. Маг жив, если Дост не передумал по дороге наверх.

— Не передумал, — сказал капитан, подходя. — Задержанный в машине Сыска. Двое нападавших живы, один ранен тяжело. Остальные мертвы. Заложники выведены. Подвал проверяем.

Талис посмотрел на Ардора.

— Вы почувствовали захват?

— Да.

— Он был рассчитан на вас?

— Думаю, да. Слабее чем в Гилларе, грубее, но идея та же. Они пытались заставить меня ответить.

— И вы ответили?

— Я что-то там сломал.

— Это не ответ на мой вопрос.

— Это лучший ответ, который у меня есть.

Ингро принял это без спора, но Ардор видел: в голове начальника безопасности уже выстраивалась новая линия. Ларнас больше не просто искал подходы. Ларнас проверял, как Ардор взаимодействует с неполным призывом после лечения, после предупреждения и в условиях, стресса.

Ардор вышел к крыльцу вместе с Альдой и Лиарой. Эльга приехала позже, уже с дворцовыми врачами и охраной, и теперь стояла возле машин с таким лицом, что Ардор сразу понял: если бы ей дали оружие и точный адрес, спорить с Предстоятелем первых Врат пришлось бы недолго.

Ардор легко словно пушинку подсадил Лиару и она встала на крыше машины поднявшись над всей толпой. Городовые хотели попросить людей отойти, но Ардор жестом остановил их.

— Сегодня Дом культуры пытались превратить в ловушку, — сказала Лиара, и её голос, усиленный амулетом, разошёлся по улице, эхом уйдя дальше. — Там, где должны быть книги, мастерские, занятия и детский смех, люди с оружием захотели устроить бойню но проиграли и выжившие будут преданы суду. Все захваченные люди выведены. Раненым уже помогают врачи. Северное крыло будет восстановлено. Работы не остановятся.

Толпа слушала. Кто-то плакал. Кто-то держал ребёнка так крепко, что тот пытался освободить плечо.

— Завтра фонд оплатит лечение пострадавших и помощь семьям. Послезавтра строители вернутся к работе после проверки безопасности, а Дом культуры откроется. Не ради нашей фамилии и не ради газет. Ради того, чтобы люди, пришедшие сюда с детьми, знали: чужая подлость не имеет права решать, где им учиться, петь, читать, спорить и жить.