Сразу же обращаю ваше внимание, что это не единичный экспериментальный экземпляр — до нашего времени сохранилось как минимум два с таким затвором.

На фотографии представлен 35 мм фальконет со стволом длиной 2.26 м, общий вес около 150 кг. 1619 года выпуска.

Собственно, этим и объясняется, почему их особо не применяли в полевых сражениях — в поле удобнее и эффективнее жахнуть из двухфунтовой короткой пушки примерно равного веса.

Инструкция по применению: Вращая рукоять, опустите затвор в крайнее нижнее положение.

возьмите патрон, вставьте его с казенной части в ствол до утыкания пули в нарезы.

Вращая рукоять затвора поднимите его в крайнее верхнее положение.

Протравником проколите патрон через затравочное отверстие (одновременно прочищая его)

Возьмите пороховницу и насыпьте порох в затравочное отверстие, немного пороха должно остаться на полке.

Закройте полку, наведите фальконет на цель и ждите команды на выстрел, либо открывайте огонь по мере необходимости.

Помните, что дьявол, сидящий в нарезах ствола, поможет вам попасть в цель на дистанции недосягаемой для обладателей ручного гладкоствола.

Берегитесь контрснайперской стрельбы из крупнокалиберной артиллерии. Оружие предназначено для стрельбы по мусульманам, католикам/протестантам, ортодоксам, атеистам, еретикам, язычникам и просто сукиным детям. Если вы не уверены в ком то, сделайте пробный выстрел. Если попали — это был один из них, однозначно.

А я еще раз подчеркну — это была далеко не единственная казнозарядная система, как для тяжелого, так и для ручного оружия. С казнозарядными аркебузами экспериментировали еще с конца 15 века. Поэтому если вам вдруг скажут что Крымская война была первой войной современного типа с нарезными ружьями и казнозарядной артиллерией — имеете право демонстративно закатить глаза, и почувствовать себе несоизмеримо выше этих узколобых неучей.

Почему же не пошло в массы сразу? Как всегда — дорого. Дело в том, что такие ухищрения не давали решающего преимущества в войнах, где армии действительно, а не только со слов хронистов, исчислялись десятками тысяч. И даже изредка перевали за полсотни тысяч. Все решало то, сколько солдат ты мог выставить, и как быстро рекрутировать новых, когда эти передохнут. Общий курс, самой силой вещей, был взят на удешевление — и внезапно, к концу 17-го века, в Европе появились огромные армии, где абсолютное большинство людей, теперь уже не воинов, но солдат, обычно насильно рекрутированных — не имели доспехов. Да и их оружие заметно упростилось. Были девайсы индивидуального изготовления — но они не оказывали заметного влияния.