С начала делового ужина прошел почти час, а собеседники все не приступали к главному вопросу. Каждый из них ждал первого шага противника, чтобы по характеру этого шага сориентироваться в его намерениях. Павлов злорадно предвкушал, как он будет разоблачать эту лгунью с ее байками о тюркоязычном детстве и липовыми документами. У Насти на этот счет были свои соображения. Составленная Володей Ларцевым психологическая характеристика Павлова позволила ей построить план разговора, опираясь на тезис: «Как правило, не старается думать на ход вперед. Имея на руках один козырь, уверен, что возьмет все взятки. Если обнаруживает, что это вообще не козырь, теряется и долго не может найти правильную линию. Некритичен по отношению к себе».

За соседним столиком обсуждали свои проблемы двое мужчин ярко выраженного скандинавского типа. Один из них, красивый флегматичный блондин, то и дело поглядывал на Ларису, что не укрылось от настороженного внимания Павлова.

— Швед за соседним столом смотрит на вас, как кот на сметану, — усмехнулся он.

— Датчанин, — машинально поправила она.

— Откуда вы знаете?

— Я не знаю. Я слышу, как он говорит.

— Вы знаете датский язык? — не скрыл удивления Павлов.

— И датский тоже. Я много чего знаю, Александр Евгеньевич.

Итак, первый шаг был сделан. В этот момент Павлов вдруг понял, что его так беспокоило с самого начала их сегодняшней встречи.

— Лариса, а куда делся ваш акцент?

— Ну наконец-то, — рассмеялась она. — Вы или не слишком наблюдательны, или очень терпеливы. Акцент я положила в шкаф до следующего раза. Пока он мне не нужен…

— Вы хотите сказать, что…

— Именно, Александр Евгеньевич. Уловка дешевая, но вы на нее попались. И вместе с собой потянули вашего приятеля Рудника. За все, что он мне рассказал, я получу хорошие деньги. Так что огромное вам спасибо.

— А жизнь с мужем на Востоке? Тоже выдумка?

— Разумеется.

— И мама-турчанка?

— Александр Евгеньевич, — терпеливо объяснила Лебедева, — я никогда ничего не добилась бы, если бы всем рассказывала о себе правду. Неужели это не понятно?

«Жизнь полна причуд, — подумала про себя Настя. — За последние пять минут я ни разу не солгала. Я говорю ему чистую правду. И в то же время все это — отчаянное вранье. Умом можно тронуться».

— Я могу взглянуть на ваши документы?

— Не можете, — спокойно ответила она, глядя Павлову в глаза.

— Понятно.

Павлов залпом допил коньяк из рюмки и потянулся за сигаретами. Бессмысленно допытываться, подумал он. Сцена с разоблачением с треском провалилась. Лебедева была на брифинге, значит, какой-то документ у нее есть. В последующем он сам ее встречал у входа в министерство и проводил мимо постового.