* * *
Володя Ларцев с удовлетворением подумал, что Галл — или кто бы он там ни оказался, этот «объект», — фактически выполнил за них грязную работу.
— Я вас ни к чему не принуждаю, — спокойно сказал он. — Вы можете выбирать. Если вы не с нами, вам это ничем не грозит. Подумайте.
Его собеседник нервно постучал пальцами по колену.
— Мне кажется, вы меня обманываете. Разве меня не могут привлечь за соучастие?
— Обязательно привлекут. Когда я говорил, что вам ничего не грозит, я имел в виду, что ваш отказ от сотрудничества с нами не повлияет на меру вашей ответственности.
— А согласие повлияет?
— Конечно.
— Что я должен сделать?
— Ничего. Не делайте ничего, этого будет достаточно.
— Вы хотите сказать, что я должен молчать о том, что произошло сегодня?
— Вы меня правильно поняли. Живите, как будто ничего не случилось. Поймите, вы оказались не между двух огней, а между трех. С одной стороны — организация, с другой — ваш друг, с третьей — мы. Единственный способ не обжечься — стоять неподвижно.
— Вы правы. А если меня о чем-нибудь попросят?
— Пообещайте. Но не делайте ничего, не позвонив мне. Хорошо? Все это долго не продлится, самое большое — дня три. Три дня выдержите?
— Попробую, — вздохнул собеседник. — Веселая жизнь — сидеть и ждать, когда тебя привлекут, да еще по такой статье.
— Согласитесь, это все же лучше, чем ждать, что тебя просто убьют, — рассудительно возразил Ларцев.
Глава 11
Утром схема опять начала пробуксовывать. Так, по крайней мере, думали Коротков и Селуянов, узнав о передвижениях объекта. Гордеев выслушал их и отослал, коротко сказав:
— Я подумаю. Сидите на месте, далеко не уходите.
К часу дня те, кто вел наблюдение за объектом, сообщили, что потеряли его. Группа, блокирующая квартиру на проспекте Мира, была немедленно приведена в готовность. Напряжение нарастало. Объект возле дома не появлялся.
Гордеев сидел красный и злой. Он видел, что ситуация выходит из-под контроля.
— И все-таки я не понимаю, почему мы не можем слушать телефонные переговоры из квартиры Муртазова, — недовольно говорил заместитель Гордеева подполковник Жерехов. — Я не сомневаюсь, что прокурор дал бы разрешение.
— Поздно, Паша. Да и опасно. Неужто жизнь тебя ничему не научила? Чем выше уровень преступной организации, тем активнее идет утечка информации. Риск слишком велик.
— Но так мы ничего не добьемся. Это — нельзя, то — опасно, ты хоть понимаешь, к чему мы придем? Ты подставил убийце неопытную девчонку и рассчитываешь взять его голыми руками. Что с тобой, Виктор? О чем ты думаешь? Разрабатывать Павлова должно Министерство безопасности, а не мы с тобой.