Всё это походило на те самые пресловутые этапы испытания, вот только по удивлённым лицам Ильи и того явно важного мужика, всё это была самая настоящая реальность, никак не относящаяся к моему экзамену.

Сверху послышался треск разламываемой породы, и я поднял глаза на проносящийся каменный свод. Прямо надо мной стремительно неслась вперёд толстенная трещина, которая в любой момент могла обрушить породу прямо на меня.

— Аспид, займись трещиной, укрепляй потолок, — скомандовал я, призывая фамильяра.

Я не знал, поможет ли это, но и бездействовать не мог.

Мой ручной змей пулей унёсся вперед, налету заполоняя трещину льдом.

Спустя минуту пещера начала извиваться, будто змея.

Повернув в очередной раз, я вылетел на свет и на мгновение ослеп.

Как только вылетел из пещеры, я остановился, благо волшебный плащ игнорировал инерцию.И сразу же за спиной раздался грохот, за которым пещера выдохнула столп пыли с мелким щебнем. Пещеры больше не существовало. А значит, и монстров, что находились там.

Отойдя по склону в сторону, где не было пыли, я приложил руку козырьком и огляделся.

Вокруг, насколько хватало глаз, были горы. Пейзаж открылся прекрасный, с чистым голубым небом без единого облака и белыми шапками далёких пиков, и всё ничего, вот только один нюанс… куда меня занесло? Что за портал такой, что из мегаполиса на равнине я попал в горную местность?

Вытащив телефон, я попробовал позвонить. Связи не было. Тогда я открыл карту и нашёл себя с помощью навигатора.

«Алтайские горы?»

Проложив маршрут до Новосиби… то есть, до Великосибирска, я поморщился. Почти семьсот километров и это по прямой, то есть по воздуху.

Значит, придётся колдовать малую руну перемещения, и не одну, объёма источника не хватит на подобный подвиг, во всяком случае не на моём нынешнем уровне. Но перед этим нужно найти место для отдыха. Нужно было восстановить силы, потраченные на бой с тварью.

Место нашлось быстро. Тайга приучила меня не обращать внимание на неудобства, а руководствоваться исключительно практической пользой.

Найдя в лесу небольшую выемку, я срезал лапника и, сотворив руну скрытности, уснул.

Проснулся я от криков. Проморгавшись, понял, что уже наступила ночь, но видимо броня хорошо грела, потому понижение температуры прошло мимо меня.

Снова кричала женщина, но в этот раз это был не город, а безлюдные горы, да и вопль был не столь душераздирающим, а скорее агрессивно-напуганным.

Это было интересно, и могло пролить свет на то, что произошло со мной.

А потому, раскрыв плащ, я вознёсся над лесом и, вслушиваясь в звуки, поискал направление.