Орочья стрела в лицо — куда опаснее.

Гром шёл шагом, среди этого бурелома и переплетения корней не хотелось бы повторять Илью Муромца с его: «Ах ты, волчья сыть, травяной мешок!». Армия находилась в стрессовой зоне. Боевая эффективность падала.

С другой стороны, война — это всегда стресс.

В какой-то момент я услышал смех. Тихий, горловой, похожий на рычание сытого хищника. Он донёсся из колонны Второго полка, от орков, идущих в составе Первого батальона, того самого, который недавно брал Тройхат.

Я чуточку подстегнул коня и догнал их, чтобы остановиться у орочьих рядов.

Картина от смурных человеческих лиц отличалась и отличалась сильно.

Орки преобразились. Их сутулые на марше фигуры выпрямились. Движения стали плавными, кошачьими. Они не шли. Они скользили сквозь лес, их тяжёлые сапоги почти не издавали шума на влажном ковре из иголок и мха. Они вдыхали этот густой, пряный воздух не с опаской, а с наслаждением, словно после долгой засухи добрались до родника.

Догнал я и Первый полк, где орков и людей было больше всего.

Гришейк, один из самых молодых моих офицеров, уроженец города Каптье (а не леса), шёл во главе своего батальона.

Его лицо, обычно угрюмое и сосредоточенное, выражало чистый восторг. Он провёл пальцем по узору коры на огромном вязе, словно здоровался со старым другом.

Я просканировал его личное состояние.

Бафф: «Родная стихия». Мораль: +30%. Боевые рефлексы: +10%. Усталость: −25%.

Вот тебе и здравствуйте. Но ведь орков-уроженцев леса Шершней в моей армии два-три десятка, не больше. Пёс с ними, с «уроженцами», конкретно Гришейк родился посреди города в городской хижине у отца, главы общины, он в детстве вообще не видел леса.

Так почему же?

Вот тебе и закон сохранения энергии — где-то прибыло, где-то убыло.

Лес морально давил на гномов, людей, он нервировал лошадей и не нравился эльфам, однако орки тут были как дома, даже откровенно «не лесные» орки.

Орки народ, как и люди, многофункциональный. Когда противопоставляют эльфов и орков, это не совсем справедливо, потому что эльфы предпочитают природу, гармонию, живут не везде и не особенно адаптивны.

А вот орки, как и люди, бывали степными, горными, лесным, болотными, городскими и сельскими жителями, умели ковать, сеять, пахать, воевать и тунеядствовать.

Большинство орков моей армии — выходцы из сельской местности и мелких городов, за свои преступления попавшие на каторгу. Немало тут и горных орков, чьи навыки жизни в горах могут оказаться бесценными в определённых условиях, есть болотные орки, они ниже ростом и слабее, есть северяне-орки, крупнее и более бледные, среди которых попадается немало голубоглазых.