Противница лежала перед ним, по щекам её потекли слезы. Она смотрела на него с мольбой, признавая поражение, прося о пощаде. Но дракон был непреклонен.

Остатки стула поднялись вверх и вновь опустились, аккурат на кисть левой руки. На то место, откуда у противницы торчали коварные артефакты.

Хрусть!

Есть, этой рукой она больше не сможет ударить. Во всяком случае, в обозримом будущем. Сильно обозримом. Теперь другая рука. Удар. Мало, не хватает прочности ножки. Другую ножку, вот же, валяется рядом. И снова удар. Есть, это противное «хрусть». Теперь всё, теперь можно и пощадить. Ты же этого хочешь, девочка? Пощады?

…Я стоял над нею, над поверженной женщиной-скалой, и пытался прийти в себя. Миссия дракона выполнена, противник повержен, но отчего-то очень не хотелось возвращаться назад. В этот момент меня смели, сбили с ног, повалив на землю. А затем мое тело накрыла живая масса из шевелящихся людей.

Они легкие, и слабые — куда им до дракона! Однако их много, и они делали то, что единственно возможно в их ситуации — погребли его тело под своими, не давая даже двинуться. Затем укол, и земля, на которой лежал дракон, начала переворачиваться…

Глава 6. Полузащитник

Глава 6. Полузащитник

Глава 6. Полузащитник (часть 2)

— Подъем!

Железный громовой голос. Я нехотя поднялся, отгоняя остатки сна, сел. Да уж, нет худа без добра — не помню, когда последний раз столько спал!

Железная дверь, закрывающая бокс камеры, открылась. За решеткой стояли две фигуры, опознать которые было трудно ввиду яркого света лампы из коридора, бьющего им в спину, а мне в лицо. Раздался скрип железной решетки. Обе фигуры вошли в камеру, обретая черты. Одной из них оказалась наказующая, приставленная охранять камеры. Не кадровая, из тех, что назначают для дежурства из резерва, а потому весьма любопытная и строгая только с виду. Другая — знакомая мне ещё по Совету сеньора Морган, одетая на сей раз в гражданское.

Наказующая внесла в камеру стул, поставила, и, стараясь делать вид, что ей всё безразлично, вышла, предварительно закрыв нас решеткой.

Сеньора Морган тяжело вздохнула, передвинула стул на середину камеры и села на него верхом, сложив руки перед собой на его спинке, после чего принялась активно меня рассматривать. По её выражению лица я не мог прочитать ничего. Единственное что отметил — усталый вид. Наверное, замордовали в связи с моим делом. В противном случае, что она забыла здесь в штатском? На службе у неё своя форма, идеально черного цвета, в которой была в прошлый раз. её явно выдернули из дома, и скорее всего, после работы. Плюс, косметика, точнеё её отсутствие — в боевой вид привести себя было некогда. Для женщин такое сродни смертному греху, вещь недопустимая, и возможна только в очень уж экстренных ситуациях.