Вирея остановилась и на секунду прикрыла глаза.

– Простите, дана Криста, уже поздно, и Риона наверняка спит. Вам совершенно нечего делать на преподавательском этаже в такое время.

В тишине за спиной она расслышала короткий смешок подошедшего дана Ансельма, а ещё почудилось эхо эмоций – растерянность, раздражение, возмущение. Оглядываться она не стала, нужно держать осанку, нужно идти, и пусть каблуки стучат громче, перекрывая стук сердца, и как славно, что никто не видит её лица…

Риона и в самом деле спала. Вирея заперла дверь на замок, да ещё на внутренний крючок, на случай, если у даны Кристы откуда-то возьмётся ключ. Зажигать свет она не стала, чтобы не тревожить сестру, а потому в темноте налетела на кресло и выронила пузырёк с зельем. В первый момент она едва не выругалась вслух, но сдержаться всё же удалось. Ничего страшного, осколки можно убрать утром, и в лазарет зайти за новой порцией тоже, а сейчас уже ни на что нет сил…

Она тихонько пробралась в спальню, разделась, умылась, забралась под одеяло. Ужасно хотелось разрыдаться, но если она сейчас разбудит сестру, та станет задавать вопросы и утешать, и тогда она разрыдается ещё сильнее. Нет уж, стиснуть зубы, взять себя в руки и спать. Она ведь в самом деле устала, так почему бы не отдохнуть как следует?

Просто закрыть глаза. Дышать. Совсем ни о чём не думать.

…Гэлхан, разумеется, хотел бы с нею поговорить, просто был очень занят. Он и днём выглядел уставшим, что уж говорить теперь, после «небольшой прогулки» по озеру ночью в метель. Упомянутая принцем тёмная тварь добавляла беспокойства, и хотя на первый взгляд ничего опасного не случилось, было бы интересно узнать подробности.

«Но тебе, конечно, никто ничего не расскажет. Может быть, завтра, если найдётся время».

…Дана Аветта в чём-то права, они с Алтиной поступили самонадеянно, и Вирее точно не стоило строить из себя эмпата с едва развитым даром. Охрана могла и не успеть, а если бы у доктора было оружие? А если бы эмоциональный срыв навредил его ауре?

«Его аура, конечно, важнее твоего горла. Все и всё здесь важнее тебя, не замечала?»

А дана Ниври права. Если уж выходить замуж за жреца, причём наставника принца, нужно уметь держать лицо. Можно было начать спорить с Матерью-Настоятельницей, можно было ответить мачехе ещё более едко, но что бы это, в сущности, дало?

«Моральное удовлетворение. Но ты предпочитаешь довольствоваться тем, чтоб чувствовать себя хорошей и правильной, даже когда тебе обидно и плохо. Коврик, о который вытирают ноги, тоже хорош и правилен на своём месте».