А вот цитадель клана… На пределе усиленного Оком Ратена зрения я видел, что ее не штурмуют. Совсем. Просто обложили со всех сторон, заблокировали, создавая иллюзию штурма сначала. Разводка… Харальд не мог не попасться на нее. он никак не ожидал, что центральная цель операции — какой-то трактир, одно из подконтрольных клану заведений, вспомогательная точка обороны. Но теперь будет копать, гарантия. Он поражений не прощает, будет рыть, ища цель произошедшего. И найдет. Да я и сам подскажу — не прямо, так косвенно.
Все вокруг гаснет, тьма закручивается безумным хороводом из сотни оттенков черного и… рассыпается алым пламенем. Вокруг знакомый с детства мир, единственная родная страна и мы с Лаирой — чужие здесь по определению. Чужие в мире. где само понятие магии до сей поры было только легендой. Здравствуй, мир, я ненадолго вернулся к тебе. Вернулся, чтобы опять уходить и опять возвращаться. Такова уж та игра, в которую я с треском врезался. Игра, доступная лишь Скользящим. И сообщение на стимкомпе, который все также продолжал работать:
— Вами выполнено скрытое задание «Прорыв в мир Теней». Собрав необходимую информацию, донесите ее до тех сил, которые посчитаете нужными. Награда вариативна.
Нити… Те самые, что связывают миры между собой. Сейчас я ощутил, в чем одно из истинных предназначения Скользящих. Они и только они могут или разорвать связь этого мира и Скарлайга или же накрепко связать их, пробуя установить свои правила игры.
Осталось проверить последнее… С моих пальцев сорвалась простенькая Игла Духа и врезалась в кирпичную стену дома, осветив темный переулок на какое-то мгновение.
Интерлюдия
Интерлюдия
Мануэлла Гонсалес
Новая встреча с Петром Тормасовым. Да еще на одной из собственных тайных квартир, да еще через столь короткое время после предыдущей. Нет, подобное событие было не из тех, что способны понять сеньоре Гонсалес настроение. А учитывая новости, которые он захотел ей сообщить… Мануэлла смотрела на нужного, но неприятного ей союзника, развалившегося на обтянутом плюющем диване и попивающего дорогой, настоящий шотландский виски, как воду и сдерживала свои истинные эмоции.
— Ну ладно уж, милочка, не старайтесь сдерживать «души прекрасные порывы», как говорил один наш поэт, — Тормасов покачал на треть наполненный стакан, прислушиваясь к звукам ударяющихся друг о друга и о стенки кубиков льда. — Я вам совершенно антипатичен. Что же, я. покорно принимаю это нелестный для меня, любителя хорошеньких женщин, факт.
— Не паясничайте…
— Мне так жить веселее, — на миг посерьезнел профессор, но тут же снова расплылся в улыбке. — Я пднимаю свой бокал за великую глупость человеческую, о которой писал еще великий Эразм Роттердамский! А говоря проще. За тех троих идиотов из директората, умудрившихся феерически и с великой помпой публично упасть лужу и во время второй попытки. Вот, читайте, тут краткая выжимка, фото и кое-какие пояснения экспертов. МОИХ экспертов.