— Эртул, рада видеть тебя. Как дела у отряда, все готовы?
— Не совсем, госпожа.
— В чем дело? — нахмурилась Эллада.
— Сейм*(один из глав контрабандистов, что отвечают за порядок в поселении ) не советует отправляться в пустыню сегодня, госпожа. Говорит, что через несколько часов от воронки бурь отделится кусок и накроет участок, в который мы собрались.
— Вздор, — резко ответила девушка, — откуда он может это знать? Здесь нет оборудования, чтобы предсказывать такие явления. Даже обычного передатчика не было, пока я его не привезла. Мы пробивались через воронку бурь едва ли не наугад, хотя ты, местный житель, был со мной. Откуда Сейм может знать, что буря покинет свой дом, и откуда он может знать, куда она пойдет?
Эртул потупился.
— Госпожа, Сеймы знают многое. Я — почти ничего. Когда я вас встретил, я первый раз выбрался за пределы воронки бурь. Прошу меня простить, но знать — это задача Сеймов. Пожалуйста, послушайте его, если не верите мне. Он знал, что вы будете сом…сом-не-вать-ся, так он сказал. И велел мне привести вас к нему.
— Espetaviente reball morrodio*(Непереводимый баскский фольклор ), — скрипнула зубами Эллада, — это всё очень не вовремя, мальчик. Лучше бы Сейм доходчиво объяснил, почему он решил задержать экспедицию! Веди меня к нему.
* * *
Дверь с треском распахнулась и впечаталась в стальную стену низкого строения. Нагнувшись, из проема вышла Эллада, и стремительно зашагал по улице. Два ее «Атласа», стоявшие по обе стороны от входа, последовали за своей госпожой.
Девушка была раздосадована. Сейм умудрился убедить её не отправляться в экспедицию сегодня. «Хотя бы сегодня», как он выразился. Мерзавец! Эти чёртовы пустынники попросту не понимают, что каждый день задержки может стать последним. О гравитонии узнают другие, и тогда плакала беспечная старость и высокие жизненные цели! Со дня на день подпишут транспортную концессию и на Варант грянут тысячи разведчиков, в надежде на лёгкую прибыль. Сейчас самое главное — найти нужный участок и выкупить его.
Однако немногочисленные голографические записи, на которых была видна мощь бурь, отделившихся от основного кольца стихии, убедили Элладу не спешить. К тому же, связь перестала работать окончательно — и это тоже насторожило девушку. Установить ее с орбитой, на которой висел зафрахтованный корабль, не помогли и хваленые транссистемные передатчики, хотя ещё утром с их помощью она говорила с сестрой.
При всем этом басканку бесило, что она никак не может повлиять на ситуацию. Эллада очень не любила, когда от неё ничего не зависело. Но потерять целый караван дорогого оборудования и полтора десятка людей — глупое решение, и потакать эмоциям сейчас было нельзя.