Это было именно то, что нужно. Меня ничуть не интересовала истинность утверждений СИМа. Главное, что СИМ мыслил. Отбрасывая одни сведения, сопоставляя другие, СИМ пришел к новому заключению, причем весьма необычному. Он снабдил меня даровой информацией о свете. Никаких сомнений не было: СИМ мыслил! Дело пошло на лад! Осталось лишь ввести в него всю имеющуюся у нас информацию обо всем на свете, добавить парочку-другую безумных идей, и тогда СИМу можно было бы задавать действительно серьезные вопросы, например спросить у него: «Что, по-вашему, должен сделать человек, если он хочет выпутаться из всех финансово-экономических затруднений?» Вопрос, конечно, не из трудных. Задавать его СИМу — напрасная трата времени. Держу пари, что СИМ ответил бы; «Упасть замертво!»

Как бы то ни было, Меершрафту можно было теперь не опасаться за свое место. Этот мерзавец Рэтофф должен будет теперь заплатить мне за работу, и если очень повезет, то я сумею наскрести денег, чтобы вернуть долг Меершрафту. Впрочем, особенно рассчитывать на это не приходится. Знаю я людей типа Рэтоффа.

По крайней мере мне казалось, что знаю, но я глубоко заблуждался. Прежде всего я обнаружил, что дверь была не заперта. Просто я поворачивал дверную ручку не в ту сторону. Когда я сообщил Рэтоффу о своих достижениях, его это удивило и слегка позабавило. И то и другое плохо укладывалось в создавшееся у меня представление о Рэтоффе как о человеке с гипертрофированным самомнением.

Мы произвели испытания на машине и позвали Меершрафта. Мой толстый друг влетел в лабораторию в состоянии крайнего возбуждения.

— Белов, — закричал он с порога, — ты гений! И хлопнув меня по спине, добавил: — Я знал, что ты справишься. Ты же мне сам говорил об этом.

— Разве? Что-то не припомню, — ответил я. — Но оставим лавры, мне они ни к чему. Заплатите то, что мне, по-вашему, причитается за работу, и я пойду.

— Миллион фунтов осилишь? — спросил Меершрафт, ухмыляясь. — Ты только не подумай, что мы заплатим тебе столько. Но миллион фунтов стерлингов лишь ничтожная доля того, что эта проблема значит для нас. Кстати, как тебе удалось решить ее?

Пока я рассказывал о своем методе безумных идей, профессор Рэтофф задавал СИМу вопрос за вопросом и придирчиво оценивал ответы.

— Обучаемость необычайно быстрая, — вынужден был признать он. — Наконец-то мы имеем то, что, признаться, отчаялись иметь. Кстати, вам следует знать, что это правительственный проект, а потому он совершенно секретен.

— За меня не беспокойтесь, — заверил я. — Я умею держать язык за зубами.