—«Всё, что случилось в бане, останется в бане» , — произнёс я, снова закатывая рукава. — Скажете ей потом спасибо. Мы только начали очистку тела.

Отдышавшись, Гамма глянул на кухарку:

— Свободна, — рыкнул он и погрозил ей трясущейся рукой. — Ух! Я тебя…

Кухарка закатила глазки:

— Пфе! Хосподин… Может, я только рада буду такому наказанию?

…

Через полчаса Гамме пришлось снова звать кухарку. Тётка вошла за барьер, молча подняла старика в грязном тряпье и внимательно зыркнула на меня.

— Особые пилюли, — произнёс я, тряся стеклянным флаконом. — Я обещал мастеру Гаммадуру почистить его тело от токсинов в обмен на обучение.

— Ох, Небо! Так он тогда кряхтеть меньше будет? — держа старика на плече, кухарка бодро рванула в баню. — Сейчас мы его почистим. Вы, хосподин, токмо далеко не уходите.

…

К третьему заходу Гамма сидел уже с полузакрытыми глазами. Сил в теле старика не осталось, но работы ещё много. Скормив старику «Пилюлю Бодрости», я выиграл немного времени.

[Лучше закончить очистку за один день. Так организму легче будет переключиться на новый режим работы.]

Сразу после начала действия «Пилюли Бодрости» я приступил к третьей части чистки. За ней потребовалась четвёртая, а следом — и финальная пятая.

Бегающая туда-сюда служанка в очередной раз притащила старика из бани. Тот, красный как рак, сев на скамейку, умудрился заснуть в позе мудреца.

Причём с открытыми глазами!

[Так будет даже лучше.]

Точным воздействием вторичного Телекинеза и Потока я растворял затвердевшие токсины в организме старика. Речь о кропотливой и крайне болезненной для пациента процедуре.

[Понятия не имею, как целители Поднебесья проводят эту процедуру. Я пользуюсь тем, что есть и как сам умею.]

Методично, шаг за шагом, я выводил всю гадость, накопившуюся в теле Гаммы через кожу. Сложность оказалась настолько высокой, что я сам покрылся холодным потом.

[Руки начали дрожать. Хм… Не помню, случалось ли со мной такое раньше от перенапряжения?]

Финальный этап очистки растянулся аж на двенадцать часов. Кожа старика стала красной от крови из множества крохотных ранок. Рядом со скамейкой собралась горсть чёрного как смоль песка. Токсины… Токсины и ещё раз токсины… Уровень отравления ими старого алхимика оказался едва ли не смертельным. Любой другой адепт давно бы помер от такого объёма загрязнений.

[Эту дрянь Потоком не смог растворить. Только разбить на крохотные песчинки и вытащить наружу.]

К моменту завершения очистки я весь обливался потом. Но вот… Последний кусочек затвердевших токсинов в районе позвоночника удалось расщепить и вывести через кожу.