Также она увидела несколько новых приборов, которых вчера там точно не было, если судить по воспоминаниям о том, как она заходила туда, чтобы проведать своего учителя и одновременно возлюбленного. Как же крепко она спала, что не проснулась от шума, который наверняка был немалым при проведении экспериментов. Вот что делают с людьми, точнее, с эльфами, многочисленные раны, огромная усталость и магическое истощение.

Его девушка ощутила сразу после сражения с той тварью. Хотя и никаких способностей или магических артефактов не использовала, но её внутренний запас маны был почти на нуле. Отчасти из-за этого вчера ученица Арчибальда чувствовала себя так плохо и даже потеряла сознание. Всё-таки эти существа очень опасны.

Попытавшись встать, Эвелин упала на землю. Мышцы казались дубовыми и плохо слушались. Однако особой боли не чувствовалось.

Она была, и одновременно её не было, как если бы ты месяц не выходил из своей комнаты, где только и делал, что просто сидел, а после вышел на улицу и побесился от души. Примерно так ощущала своё тело девушка.

Следующая попытка встать увенчалась успехом, правда, Эвелин воспользовалась своим мечом как опорой. Выйдя из шатра-лаборатории и оглядевшись, она заметила Зена и Арчибальда, которые о чём-то оживлённо беседовали. Сицилл и Виктор обнаружились неподалёку. Они перетаскивали то, что осталось от бывших подчинённых императора Вавилона, в одну кучу. Скорее всего, собирались сжечь, ведь иначе можно было подхватить какую-нибудь заразу. Да и трупный запах был не особо приятен.

Заметив девушку, Арчибальд подозвал её к компании из двух человек. Когда она подошла, первым, к удивлению ученицы Эльфа, заговорил именно Зен, а не её учитель.

— Доброе утро, а если быть точнее, день, Эвелин. Как себя чувствуешь? Как спалось? Надеюсь, наши с Арчибальдом ночные исследования тебя не сильно потревожили? — поинтересовался учёный.

— А, доброе… Добрый… Да вроде нормально, правда, тело всё какое-то закостенелое. Нет, я даже ничего не слышала во сне. Спасибо за заботу, — чуть рассеянно ответила девушка.

— Ещё не полностью пришла в себя? — на сей раз заговорил Арчибальд.

— Наверное… — смутившись, ответила своему учителю Эвелин.

— Иди умойся, у лаборатории есть ведро с водой. А на завтрак у нас не испорченные тварями продукты, — поставил точку в разговоре император Вавилона.

— А… Хорошо…

Тем временем Сицилл и Виктор закончили стаскивать тела людей или то, что от них осталось, в яму, о чём первый и пошёл уведомлять учёного.

— Зен, мы закончили, — «отчитался» епископ.