Власов растерялся, проявил нерешительность, не смог организовать прорыв, но сумел ускользнуть от группы ликвидаторов, заброшенных по приказу Берии. Опять умудрился сдаться в плен. В будущем руководстве РОИА появление такой противоречивой фигуры, как красный генерал, сражавшийся против белых на Кавказе, бивший врангелевцев в Крыму — это было сюром. Да, аргументы куратора процесса, самого Альфреда Розенберга, что им необходима такая фигура, чтобы привлекать к участию в борьбе и бывших красноармейцев, была понятна умом, но душой ее никто не принимал. Сейчас предстояла групповая фотография. Вот и сам генерал Власов держится особняком, в окружении Розенберга, с которым он очень быстро нашел общий язык. Тем более, что сам Альфред прекрасно владел русским. Несколько особняком держался и Владимир Кириллович, с группой своих помощников и сторонников, совершенно незначительных фигур, создававших массовку происходившему действию. Когда Рейх напал на СССР молодой Его Императорское Высочество Государь Великий Князь Владимир Романов издал манифест, в котором призвал эмиграцию объединиться для борьбы с большевиками и поддержать «освободительный поход» Вермахта. Сначала руководство Рейха придержало этот манифест, посчитав его «ненужной инициативой», а слишком инициативных помощников педантичные немцы не любили, а поголовье слишком-слишком инициативных даже сокращали, так, на Украине были вынуждены проредить ретивых местных националистов, которые «понаехав» из бывшей Польши, решили во Львове объявить о создании независимого украинского государства.

Самой большой группой участников Конференции были бывшие белые генералы, они стояли довольно сплоченной группой, хотя и имели некоторые противоречия, но общее боевое прошлое не делало их непримиримыми противниками, тем более, что каждому было что-то обещано. Генерал Туркул, красивый, статный сорокадевятилетний мужчина в строгом мундире дроздовца, развернулся к генералу Архангельскому, который задал ему неожиданный вопрос:

— Антон Васильевич, насколько я понял, Дмитрий Никифорович слишком увлекся ролью таксиста, и менять баранку на шашку и револьвер не собирается?

— Алексей Петрович, к сожалению, генерал Рухлин попал под неблаговидное влияние генерала Деникина. Его отказ от сотрудничества с представителями Рейха стал слишком широко известен. К сожалению, влияние Дмитрия Никифоровича на французских офицеров нашей дивизии слишком велико, мы не можем рассчитывать на этот контингент.

— Увы, наши силы вообще не столь значительны, чтобы именовать нас «армией». Я долго колебался, даже склонялся к тому, чтобы разделить позицию Антона Ивановича, но лично Розенберг гарантировал мне, что Российская империя будет воссоздана, правда, без Украины, Прибалтики и Финляндии, но даже это лучше, чем ничего. Завтра будет подписан договор с руководством Рейха, правда, подпись под договором будет этого недовладимира…