Поэтому — взмах руки, и огромный поток воды появился вокруг него, и ещё одна волна энергии заморозила всю эту жидкость.
— И на всякий случай… — усилием воли я материализовал перчатки Робы Мудреца. — А то страшно мне что-то…
Коснувшись ледяной конструкции, я использовал свойства Перчаток Меры, потратив для этого семь сотен маны, и уменьшил огромную ледяную сферу до размеров футбольного мяча.
Я несколько минут смотрел на эту конструкцию, в глубине души надеясь, что этот парень не сможет вырваться — настоящих запечатывающих навыков у меня просто нет, чтобы ему что-то сделать.
Нет, способы победы над ним есть — скорее всего, он ограничен двумя иероглифами, которые может использовать на себе. Или тремя–четырьмя иероглифами в общем за раз — в противном случае он не стал бы снимать с себя иероглифы силы и скорости. Если бы он смог вырваться, мне пришлось бы подловить его на этом — заставить снять с себя «Жизнь» и «Восстановление», заменив их на что-то более актуальное для боя со мной. Есть и другие способы победить, но они ещё более сложные.
Поэтому мне оставалось только надеяться, что он-таки не выберется из этого мячика.
— Кольт! — раздался громкий голос в стороне.
Я уже и забыть о ней успел, хотя она не выходила из поля моего зрения, даже когда я был сосредоточен на сражении. Да и убежали мы с этим парнем достаточно далеко, пока друг друга мутузили, так что я мог себе позволить не отвлекаться на неё.
И что больше всего позволило мне выдохнуть с облегчением — это исчезнувший с её груди иероглиф «Неосязаемость». То есть способности паренька перестали работать. Не знаю, потому ли это, что он потерял сознание, или что-то подобное, но это вселило в моё сердце чуть больше спокойствия.
— Кэтрин! — улыбнулся я ей. — Прости, но твой дружок не может ответить, — с этими словами я направил острие клинка на неё.
Она остановилась, смотря на меня очень странно. Я ещё никогда не видел столь умоляющего взгляда.
— Прошу, Вайлет… — по её щеке сползла слеза. — Я принесу этому миру гораздо больше добра, если останусь жива… Я смогу искупить все свои грехи…
— Я действительно хотел бы тебе помочь, Эмили, — покачал я головой, снова назвав её старым прозвищем. — Но… — рывок вперёд, и я оказался перед ней.
Острие клинка пробило её грудь прямо посередине, и из края губ блондинки пошла кровь.
Отпустив меч, я сделал шаг назад, смотря на неё. Меч этот был не Демонбейном — в последний момент я воплотил другое оружие без каких-либо свойств.
Кэтрин сделала шаг назад, пытаясь не упасть, но споткнулась и рухнула на спину. Уткнувшийся в землю меч чуть вышел из её тела, показывая окровавленное лезвие.