[Особый квест «Обезьяна, достигшая Луны» выполнен!
Награда:
— +250 Свободных Очков.
— +250 Очков Навыка.
— +1 классовое очко навыка.]
Появившееся передо мной сообщение было словно лекарством от моей болезни. Словно мёд в бочке дёгтя. Словно что-то невероятное в мире посредственности.
И я был в восторге, ведь теперь я стану еще сильнее!
Правда, восторг длился ровно двенадцать секунд. А после началась настоящая агония.
Глава 42
Агония — это не просто страшное слово. Кто бы ни говорил, что физические пытки ничто по сравнению с психическими, тот не знает, что такое настоящая боль. Боль, которую не сможет выдержать ни один нормальный человек.
Разбитое сердце, психологическое давление или даже смерть близкого — всё это меркнет по сравнению с настоящей агонией, ведь агония может совмещать сразу всё.
В моей жизни мне довелось испытать агонию дважды: в первый раз — когда я угодил в S-ранговое подземелье по причине того, что пропустил момент посещения лабиринта. Меня призвали прямо в комнату Босса, и я попал в его руки.
Архилич был прекрасным магом и знал, как причинить очень много боли. Прошло не так уж много времени, как Гил вытащил меня из его лап, и тем не менее для меня будто прошла целая вечность.
И сейчас был второй раз.
Меня бросало то в холод, то в жар. Каждая клеточка моего тела будто разрывалась и снова собиралась. И это не образное сравнение.
Чтобы понять, как мне было больно, надо воткнуть в руку иголку на полную длину. А потом представить, что на каждый сантиметр тела приходится по несколько миллионов таких иголок.
Я человек очень терпеливый к боли. Лишившись конечности, я могу даже не поморщиться. Меня на куски разрывали больше раз, чем я с девушкой на свидания ходил!
Но сейчас даже я был на грани. И тем не менее я держался. Держался что есть силы. По простой причине — рано или поздно это закончится.
Через ещё сколько-то минут — хотя я и не уверен, может, прошли часы — я услышал приятный женский голос.
— Эй, ты в порядке? — обеспокоенно спросил голос. — Выглядишь не очень…
Я чуть облегчённо выдохнул. Боль начала уменьшаться.
Повернув голову, мой взгляд остановился на женщине в платье. Её нельзя было назвать супермоделью, но она была красива. Её длинные до пояса тёмные волосы были подстрижены под каре, и такого же цвета глаза с фиолетовым оттенком заинтересованно смотрели на меня.
[Матерь Хаоса. Ех-ранг]
А ещё она была метров сорок в высоту, сидела на огромном троне, а у её ног лежал пёсик SSS-ранга.
Я парил перед ней в тёмно-фиолетово-красно-синем пространстве.
— Я бы встал… и проявил уважение… но мне и пальцем не пошевелить… — прохрипел я, прикладывая немалые усилия, чтобы формулировать нормальные и понятные слова.