И теперь я понял, что надо бы внести свои коррективы. Но это потом — сейчас мне надо сосредоточиться на своей нынешней цели — поднятии уровня. Желательно до 99, а то и сразу 100 — чтобы было больше шансов не погибнуть в Башне.
Правда, я ещё не знаю, какие именно это будут квесты.
Когда я уже начал видеть «свет в конце туннеля» и осознал, что совсем скоро я окажусь там, непонятно где, и непонятно что должен буду делать — я принял, наверное, самое разумное решение, что только мог принять.
Изменить свою внешность.
Новый мир — новые правила. Вдруг я дров наломаю, сам того не поняв? И нужны ли мне такие проблемы? Ну уж нет.
Так что передо мной встал вопрос — а какой облик мне нужен? С одной стороны, я могу принять облик Винсента Грэмми — того, что был до Пробуждения — и благо, с этим не будет проблем. Но нет, я решил не рисковать — больше я не буду применять «маски», которые уже раз использовал, дабы не плодить ещё непонятных личностей у себя в голове — мало ли.
Усилие воли — и мои красные глаза становятся небесно-голубыми, а волосы — пепельными, почти белыми. Ну и конечно, черты лица — их я сгладил, сделал гораздо более мягкими и симметричными.
Я изменился кардинально. Рост ниже на полголовы. Телосложение чуть более худощавое и совсем неспортивное. А лицо куда более симпатичное и спокойное, с долей озорства, проявляющегося на нём. Ну и одежда, разумеется — одеяние Бездны, которое всё так же увеличивает мою скорость на четверть.
Разумеется, опознать во мне Виктора Громова не смог бы никто. И это было правильно, ведь сейчас я намеревался делать то, что Виктор Громов просто не мог себе позволить — в полной мере насладиться своими силами и отдаться своей новой сути, которая так и требовала выхода.
В общем, я был совершенно другим человеком. И имя я выбрал также совсем другое, но подвластное всё той же логике.
[Маска зафиксирована!
Виктор Громов.
Винсент Грэмми.
Винтер Грейс.
Вайлет Грейд.]
Не знаю, может, это опять заморочки Трикстера, а может, я всегда был такой — но, несмотря на всю нелогичность и неоправданность этого действия, мне нравилась идея оставлять такие неуловимые ниточки, ведущие ко мне. Наверное, то же самое чувствуют и первоклассные аферисты, когда оставляют свой знак на идеальной подделке картины или древней реликвии — не потому что хотят быть обнаруженными, а потому что этого требует сама их суть.
А сейчас я как раз собирался делать всё, что требует моё новое «я». Один раз ведь можно, так ведь?
Буквально через три минуты я достиг источника света и прошёл через врата, ведущие в новый мир.