— Хотите, чтобы я вышел к людям? Может мне еще на телегу встать и речь толкнуть? — язвительно, стараясь подавить внезапно накативший приступ головной боли, поинтересовался я у своей жены.

Было бы намного проще погнать крикунов в шею. Толпа может быть сколь угодно большой, но на нашей стороне королевская власть, три десятка вооруженных и обученных наемников и какое-то число свободных рук работников замка.

— Не знаю, о какой телеге вы говорите, милорд, — внезапно холодно ответила моя жена, — но выйти и поговорить с людьми вам все же стоит. Как минимум вам стоит объявить, что Легер арестован как преступник и ожидает прибытия королевского стряпчего для проведения дознания и последующего суда. Чтобы успокоить люд, что вы не творите произвол и самосуд над вольным и уважаемым человеком.

— Как все сложно-то… — протянул я, выглядывая в окно, прямо на главные ворота, за которыми слышалась какая-то возня. Видимо, люди заняли всю рыночную площадь и сейчас спорят со стражей.

Я чувствовал, как была напряжена Эрен за моей спиной. Девушка несколько раз перемялась с ноги на ногу, будто бы хотела что-то сказать, но я так и не услышал от нее и слова.

— Говорите уже, миледи, — не выдержал я, продолжая наблюдать за воротами. Вот, Арчибальд о чем-то переговорил с нашими парнями, вот, он возвращается в замок. Отлично, не стал терять время коридоре, а решил уточнить обстановку.

— Я не смею давать вам подобные советы или делать наставления, — тихо проговорила Эрен. — Это будет крайне…

— Неприлично? — с иронией в голосе закончил я за женой.

— Непочтительно, — поправила меня Эрен. — И да, это будет неприлично в том числе.

— Вы слишком зациклены на приличиях, — раздраженно бросил я.

— Зато вас они никак не тяготят, милорд, — едко ответила девушка.

Я с удивлением оглянулся и посмотрел на свою жену. Эрен стояла, сверкая серыми глазами и высоко вздернув подбородок, абсолютно точно понимая, как она сейчас ответила. Само собой, я-то могу пропустить такой тон мимо ушей, все мы живые люди, и моя мужественность не пострадает от того, что моя же жена чуть показала характер в такой напряженный момент. Особенно, если учесть, что она была совершенно права: я и в самом деле был абсолютно невоспитанным по местным меркам человеком, который постоянно нарушал многочисленные правила этикета.

Но будь на моем месте настоящий Виктор Гросс, а не Витя Казанцев, Эрен бы не поздоровилось. В трактирах и на постоялых дворах я видел, как мужья «проучали» своих жен и за менее резкие слова и выражения, а ведь у аристократов все в этом плане было еще жестче. Во всяком случае, в парах, подобной нашей, где барон — выходец из черной кости, а баронесса — внебрачная дочь без поддержки семьи и заступничества отца и братьев.