Никто не любит гонцов с дурными вестями, а я совершенно позабыла о всяких границах.

Стараясь не подавать вида, что испугалась, я быстро отвела взгляд от лица барона и, взявшись за приборы, вернулась к еде.

Барон же вскочил со своего места и стал ходить взад-вперед по комнате, тяжело топая сапогами по каменному полу. Каждый его шаг отдавался громом в моем сердце, а я только все больше и больше погружалась в невеселые думы о том, что только зря расстроила мужа. Нужно было подыскать другой момент или другой способ сообщить ему эти вести. Например, подговорить Грегора — умные жены часто доносили дурные вести именно таким способом. Просто чтобы избежать гнева супруга.

Или же он нашел в моих словах скрытое оскорбление? Как я сказала? «У вас не было возможности узнать высший свет», так? Всемогущий Алдир, я окончательно выжила из ума, девять перерождений не прошли бесследно для моего разума! Кто вообще в здравом уме бросается такими словами перед мужем, которому всего-то чуть более трех месяцев назад пожаловали титул⁈

Шаги за моей спиной замерли, а я почувствовала, как внимательный взгляд прожигает дыру прямо промеж моих лопаток.

— Вы чем-то расстроены? Эрен? — хрипло спросил барон.

— Нет, милорд! Что вы! — бодрым голосом ответила я. — Просто… понимаю, что это мнение всего лишь женщины, но я решила, что вам стоит знать. И касательно высшего света, я его тоже не слишком хорошо знаю, на самом деле, я не пыталась как-то указать на ваше происхождение или… Просто я слышала от отца, что король Эдуард крайне властный правитель, который всегда может истребовать со своих подданных любую услугу именем короны, и вот…

Я почувствовала, как тяжелая рука барона ложится на мое плечо, отчего непроизвольно вздрогнула. Мужчина на секунду замер, будто бы изучая мою реакцию, после чего… я почувствовала касание его губ к своей макушке.

— Эрен, не надо вздрагивать так, мы же вроде этот этап уже прошли, — низким, почти грудным голосом прошептал барон.

— Но вы так разозлились… — заметила я. — Виктор, вы иногда забываете, насколько грозной внешностью обладаете. Я знаю, что могу говорить с вами прямо, но все же…

— Я злился не на ваши слова, а на себя самого, — ответил барон. — Я даже не подумал о том, что корона может отнять у меня рецепт консервации и ничего не дать взамен. Вы вправду уверены в таком развитии событий?

— Более чем, — уже твердо ответила я, откидывая назад голову, чтобы увидеть барона. — А вы вправду злились на себя?

— Ну, я планировал вложить едва ли не все, что у нас есть и что будет заработано с надела в ближайшие пару лет, на продвижение консервации в армии, — ответил барон, с блуждающей улыбкой глядя на меня сверху вниз. — И если бы я это сделал, то разорил бы и нас, и весь надел.