— Анна Сергеевна, почему так грязно вокруг кружка⁈

А там все чисто и выметено, дети вместе со мной с утра пыхтели на уборке. На мой недоуменный вопрос «где?» следует такая же визгливая тирада:

— Трава! Ужас просто, вы разве не видите — все травой заросло! Отвратительно! Немедленно убрать! — и брезгливо морщится, словно там не три несчастные травинки, а лужа блевотины.

Так что осуществить нашу секретную вылазку в тот день оказалось невозможно.

Но главный шухер начался через день. Приехала так называемая координационная комиссия, призванная проверять сотрудников лагеря на соответствие занимаемой должности. Они, конечно, каждый год приезжают, и шерстят, надо сказать, неслабо, но в этот раз, в свете произошедших недавно событий на Сямозере, мы имели все основания трепетать от страха в ожидании проверки дипломов, штудирования рабочих планов и каверзных вопросов.

У нас, у кружководов, все прошло гладко — мы своей должности точно соответствуем, и долго нас не мучили. А вот воспитатели тряслись не зря. Им устроили целый экзамен, и рассматривали дипломы чуть ли не под микроскопом. В нашем лагере эти проверяльщики задержались аж до четырех часов вечера. И к этому времени мы все уже знали главную, но не особо удивившую нас новость — воспитатель Антон Витальевич уволен. Возле столовой, куда отряды подтянулись на полдник, я разговорилась с Инкой.

— Представляешь — зловещим шепотом сообщила она мне, делая большие глаза, — он оказался настоящим педофилом!

— Что за глупости! — фыркнула я, — не может быть!

Конечно же, это было полнейшей нелепостью. Антон, конечно, придурок и мямля, но никак не педофил — сколько лет его знаю, не замечала за ним подозрительных наклонностей.

К нашему шушуканью присоединилась стоящая рядом Оксана Александровна — вредная сухощавая тетка, воспитатель первого отряда:

— Еще как может! У него в компьютере целую папку с детской порнографией нашли!

Вот ведь гадкое существо — аж глаза горят от возбуждения — еще бы, представилась возможность посмаковать такую вкусную, пикантную новость. Знала я эту мымру очень хорошо и старалась держаться от нее подальше — она была как раз из тех людей, что будут приветливо улыбаться тебе в глаза и делать комплименты, а только отойдешь — тут же с другими начинает поливать тебя помоями. А она с азартом продолжила:

— Он ведь и к девочкам домогался! Вы представляете — он заставил одну девочку спать в его комнате!

— Неужели? — поразилась Инка.

Оксана Александровна стала выкладывать нам подробности, аж разрумянившись от удовольствия, не упуская ни одной красочной подробности: