— А-а-а-а!!! — заорал я, снимая с себя остатки рюкзака. — М-м-м, блядь!!!

Обгоревшей рукой залезаю в рюкзак и пытаюсь вытащить аптечку. Руки трясутся, боль становится острее, а я дрожу и пытаюсь открыть пластиковую коробочку.

С пальцев на пластик липнет сгоревшая плоть, сочащаяся мутной жижей.

Наконец, мне удаётся зацепить защёлку и открыть аптечку.

Сразу же, без промедления, я вытащил из неё шприц-тюбик с промедолом, зубами снимаю с него колпачок и жалюсь в правое бедро. Не тратя времени зря, достаю следующий шприц-тюбик и повторяю процедуру в левое бедро.

Можно, конечно, словить передоз и сдохнуть от угнетения дыхания, но одного миллиграмма для притупления такой боли было бы, явно, недостаточно…

В небесах, над лесом, кружат дроны этих уёбков, но ко мне они не лезут, потому что не хотят терять их зря. Они ведь не понимают, каково моё реальное положение — да, я горел, но, тем не менее, бежал, горя как факел, а затем нырнул в болотную жижу, после чего пробежал ещё около километра, до леса. От КДшника можно ждать всего, чего угодно, о чём эти дырявые гондоны точно знают…

Но насчёт вражеских КДшников я могу быть уверен — им сейчас не лучше, чем мне. То есть, те, кто не сумели выбежать из леса, уже мертвы, это гарантированно, а те, кто выбежали, наверное, лежат где-то в поле и загорают.

В воздухе воняет дымом и я отчётливо чувствую его, несмотря на то, что вдохнул несколько раз раскалённого воздуха и сжёг себе слизистые.

Интерфейс показывает, что у меня ожог лёгких, ожог почти всего тела, повреждение глаз, а также длинный список других травм и повреждений, которые долго перечислять.

Полный форсреген стоит 189 674 килокалории, а по времени займёт не менее 31 часа. Я себе такое позволить не могу.

Осторожно сажусь на землю и жду, пока не начнёт действовать промедол. Нужно мыслить рационально и выбрать критические повреждения, которые мешают мне сорваться с места и продолжить бегство в Волгоград.

— К-хы-ых… — попытался я сказать что-нибудь.

Ожог носоглотки тоже есть, причём из-за него даже дышать больно. Надо включить его в список на регенерацию.

«Любой, сука, нормальный человек…» — подумал я. — «Да кто-то бы уже в кому впал и умер».

А я не просто сижу и жду действия обезболивающего, но ещё и думаю о том, как буду лечиться и возвращаться в Волгоград.

Да уж, не таким я планировал этот рейд…

Немного приятно, что я не только снёс им технику и боеприпасы в промышленных масштабах, но ещё и положил не меньше шести-семи КДшников, но сейчас, испытывая почти невыносимую боль, я жалею о том, что всё сложилось именно так.