Начался хорошо известный мне зуд в местах ранений.

Прислоняюсь к борту УАЗа и открываю интерфейс.

«Три часа и одиннадцать минут», — увидел я время до завершения форсрегена. — «Факап».

Зато я получил новый уровень, хотя сегодня даже не рассчитывал на такое.

Но тратить очко характеристик мне уже некуда — всё, что мог, довёл до капа, кроме «Энергетического уровня». Значит, буду копить.

Очки за предыдущие два уровня я вложил в «Термоконтроль» — теперь он составляет 13 единиц и это чувствуется прямо очень сильно.

На судне, я как-то переночевал в автомобильном рефрижераторе при температуре минус двадцать — вообще никаких негативных ощущений. Рецепторы, конечно, предупреждали, что вокруг, почему-то, не март месяц, но как-то сугубо для проформы, не мешая сну. И я отлично выспался, хоть и был в одних трусах.

Мне кажется, теперь я могу выживать хоть в Арктике, хоть в Антарктике, если меня кормить, разумеется. Так-то, там, наверняка, белые медведи жрут всё, что можно сожрать.

«Хотя, если вспомнить каспийскую нерпу…» — задумался я. — «Нет, мне кажется, белых медведей уже давно на фарш пустили… Пингвины же на Южном полюсе?»

Это очень плохие места, если смотреть на это с точки зрения выживания: на севере тюлени, которые точно мутировали во что-то жуткое, на юге пингвины, которым тоже ничего не мешало стать угрозой № 1 в Антарктике.

Касатки, я думаю, мигрировали ближе к экватору, чтобы не иметь дел со всеми этими тварями, которых, насколько мне известно, просто дохрена.

— И-и-и… — протянул Щека. — Потащили!

Они подстелили под лютика брезент и приволокли его к УАЗу.

— Теперь разворачиваем — положим его в багажник так, чтобы башка свисала с края, — сказал Щека Вину. — Так он быстрее вытечет и мясо не испортится.

— Ага… — кивнул тот.

Я им помочь никак не мог, поэтому они корячились с убитым лютиком вдвоём.

Приложив недюжинные усилия, они затащили тушу в багажник.

— Фух… — выдохнул Щека, прислонившийся к борту УАЗа справа от меня. — Надо перекурить…

Он достал из кармана пачку сигарет.

— Что, какой план? — поинтересовался Вин.

— Надо отсидеться где-нибудь, — ответил я. — Возможно, лучше вернуться к причалу, чтобы передать лютика. И пожрать бы ещё…

— Да, калории у тебя улетели в трубу, — согласился Щека. — Сколько до конца форсрегена?

— Два часа и пятьдесят три минуты, — сообщил я. — Успеем съездить к причалу, поесть, а как начнём собираться в путь, форсреген уже закончится.

— Окей, план рабочий, — улыбнулся Щека. — Но чем ты думал, блядь, Студик?

— Сам не знаю, — дёрнул я плечами. — Решил, что положу его наверняка… А о том, что он может дёрнуть меня за нить, не спрогнозировал.