— Как любит говорить Фура: «Ошибок не существует. Есть только опыт», — сказал Щека.

— Да пошёл ты нахуй! — заорал я. — В жопу такой опыт, блядь!!!

— Ха-ха-ха!!! — заржал Щека.

— Откройте дверь, — попросил я. — И поехали уже.

На обратном пути мы оставили длинный кровавый след. Лютик вытекал всю дорогу, недвусмысленно указывая всем местным интересантам, что кто-то ушёл туда, вглубь города…

— Ты как? — обеспокоенно спросила Лапша, когда я поднялся на палубу.

— Скоро буду в порядке, — ответил я ей с улыбкой. — Мне бы поесть…

— Идём, — кивнула она и направилась в рубку.

Следую за ней до столовой, где уже идёт интенсивная заготовка.

На палубе оборудована сушильня — мясо солится и сушится, чтобы освободить место в рефрижераторах, которые, вообще-то, жрут бензин с корректором.

Обед обычный — макароны с собачатиной, компот из сухофруктов и ягод, а также песочное печенье и чай.

— Дай ему двойную порцию, — сказала Лапша Элеоноре.

— Хорошо, — кивнула та и ушла на кухню.

По словам Тимура, в не очень далёком прошлом, Элеонора была бизнесвумен, сильной и независимой, но без десятка кошек в квартире, что её и спасло от неминуемой смерти.

Работала она в «Татнефти», кем-то вроде заместителя заместителя по очень важным и неотложным вопросам.

Мужа у неё не было, жила она, как хотела, путешествовала по странам мира, владела Lexus RX350h, двушкой в центре Казани с шикарным ремонтом.

И Тимур сказал, что двушка в центре Казани — это, буквально, «нихуя себе!» Это что-то вроде дохренакомнатного пентхауса в самом центре Новокузнецка. Всё-таки, у нас уголь и металлы, а в Татарстане — нефть, поэтому ценники на жильё совершенно несопоставимы…

Но зверопокалипсис перевернул всё с ног на голову, поэтому те, кто нихрена не имел, всё также не имеют нихрена, но к ним присоединились бывшие хозяева жизни.

Элеонора возвращается с большой тарелкой и ставит её передо мной.

Осторожно беру ложку не до конца зажившей рукой и начинаю есть.

— Вкусно, — сказал я, прожевав макароны.

На самом деле, мне без разницы, мне почти всё вкусно…

— Вы добрались до экономической зоны? — спросила Лапша.

— Нет, — покачал я головой. — По дороге случился инцидент с лютиком и нам пришлось вернуться.

Я дебил, блин…

Мне так стыдно за свои действия…

От этого стыда даже раны болят сильнее…

Справляюсь с приступом кринжа и возвращаюсь к трапезе.

— Расскажешь подробности? — спросила Лапша.

— Лучше Щеку спроси, — ответил я. — Он распишет тебе всё в красках.

— А вот и я! — вошёл в столовую только что упомянутый. — Лапша, я хочу тебе рассказать одну захватывающую историю, которая может навсегда изменить твоё отношение к интеллектуальным способностям Студика!