Он же может начать думать, что его, в любом случае, спасут, а с такими убеждениями за победы дают меньше опыта, поэтому приходится охлаждать ему пыл, чтобы не охуевал от безнаказанности.

Я мог бы, в тот раз, с лютиками, вмешаться раньше, что позволило бы сохранить ему руку, но это было бы непедагогично, поэтому я тактически выждал, а в бой вступил лишь, когда окончательно удостоверился, что он не тянет.

Тем временем, Муравей встал на берегу, а Улыбашка приблизилась к нему на дистанцию около 50 метров, оставаясь при этом по колено в воде.

Он не знает, что от неё ждать, она не знает, что это за хуй припёрся по её душу, поэтому у озера Дуванкуль воцарилась нервозная атмосфера.

Муравей не выдержал первым и вскинул АК-308.

Черепаха среагировала молниеносно — она закрыла «купюроприёмник» щитком, что свидетельствует о наличии боевого опыта и примерного понимания, что сейчас в руках у противника, а затем кинулась в атаку.

Муравей проявил выдержку и не сделал ни одного выстрела, вместо этого предпочтя дать дёру, с целью выманить Улыбашку на открытое пространство.

Та пробежала вслепую метров семьдесят, а я проследил за ней камерой, чтобы заснять всё в качестве 4К.

Никаких способностей дальнего боя за Улыбашкой замечено не было, но за прошедшие месяцы всё могло измениться, поэтому Муравей предельно собран и ждёт от неё говна.

Именно на случай наличия огненных или кислотных плевков, у него в разгрузке нет никакой взрывчатки, а взрывпакет всего один и закреплён на рюкзаке.

Улыбашка развернулась к Муравью и вновь начала разбег.

Муравей же приготовил «рыболовный» заряд и вдел палец в предохранительную чеку.

«Зря он…» — подумал я, ведя камеру вслед за Улыбашкой.

Когда между ней и Муравьём осталось меньше десятка метров, последний взвёл заряд и швырнул его на черепаху.

А та, наконец-то, проявила свою подлую натуру — к взрывпакету взметнулось что-то вроде щупальца, вылетевшего из «купюроприёмника».

«Ой-ой…» — подумал я, увидев, как рыболовные крючки нанизались на щупальце.

Улыбашка охуела от такого развития событий и начала судорожно дёргать щупальцем из стороны в сторону, чтобы стряхнуть непонятный объект, но удалось ей это только в последний момент.

Взрывпакет рухнул ей под ноги и взорвался.

— Ебать! — воскликнул я, наблюдая за облаком дыма и пламени.

Куда-то в сторону полетело оторванное щупальце, а Улыбашка вышла из дыма на нетвёрдых ногах.

Муравей открыл по ней огонь из АК-308, что её взбодрило и она кинулась на него, намереваясь покончить с этой затянувшейся схваткой…

«Кажется, я понял, что за план был у Улыбашки», — подумал я, добросовестно записывая происходящее на камеру. — «Похоже, что она планировала сблизиться с Муравьём, внезапно выстрелить по нему щупальцем, например, в ногу, а затем подтянуть к себе и растоптать нахуй. Но взрывпакета она не ожидала…»