Пожимаю плечами.

— Надо — сходим, — сказал я.

— Тогда не мешкайте — жду вас через десять минут во дворе, — приказал Проф.

*Российская Федерация, Волгоградская область, город Волгоград, Международный аэропорт Волгоград, 8 октября 2027 года*

Стою на краю взлётно-посадочной полосы и наблюдаю за зашедшим на посадку Боингом 747.

Состояние его — мама роди меня обратно…

Они шпаклевали пробоины в его обшивке, сама обшивка в каком-то говне, в лобовом стекле трещины, тщательно заклеенные огромным количеством промышленного скотча или чем-то вроде того.

— Что за самолёт? — спросила Лапша у Фазана.

— Боинг 747−8, — ответил тот. — Машина хорошая и надёжная, но эту, явно, кто-то жестоко трахал…

Пассажирский самолёт, тем временем, коснулся взлётно-посадочной полосы колёсами шасси, а мы проводили его взглядами.

На всякий случай, во избежание непонятных ситуаций, за нашими спинами стоят две БМП-2, с полными экипажами и готовые к бою. Если что-то вдруг, у нас будет крайне серьёзное преимущество.

Самолёт, кстати говоря, прилетел только спустя полтора часа — у них что-то с приборами или я чего-то не знаю насчёт авиации.

Фазан и Череп стоят у машины с трапом.

Эти двое выделяются на фоне остальных благодаря костюмам в стиле «Железный человек» — Фазану не понравилось испытывать такое количество попаданий по броне, поэтому он за одну ночь сварил себе каркас пассивного экзоскелета.

Никаких сервоприводов, естественно, в этом экзоскелете нет, а кантовать его предполагается исключительно мускульной силой носителя.

Пусть этот экзоскелет и крайне неудобен, зато даёт одно неоспоримое преимущество перед классической бронёй: на рамах Фазан предусмотрел пазы для установки очень толстых бронепластин.

Он похвастался сегодня утром, во время тестирования брони, что в лобовой проекции у экзоскелета защищённость больше, чем на некоторых западных танках — что-то около 65 миллиметров закалённой стали.

И всё же, мобильность этой херни под большим сомнением — несмотря на то, что сил и выносливости, чтобы ходить и даже бегать в этом у Фазана хватает, но очевидно, что это ненадолго.

Взвешивание показало, что эта конструкция, пусть и передающая в землю около 20–30% своего веса, весит 342 килограмма.

Тем не менее, это шаг в каком-то направлении — возможно, не в тупик, а к чему-то большему.

Мне кажется, что если пошаманить, в хорошем смысле, над нитями из углеволокна, то можно, в конце концов, сообразить энергоёмкие батареи, передающие энергию почти без потерь. Но это будет так нескоро, что аж даже насрать…

Самолёт остановился в конце полосы и к нему сразу же поехал тягач.