Дожидаемся, пока Боинг вывезут с полосы, на специально отведённую стоянку, а затем идём вслед за тронувшейся с места машиной с трапом.

«Надеюсь, сегодня не придётся воевать», — подумал я, с интересом глядя на открывшуюся пассажирскую дверь.

Первым из самолёта вышел мужик в боевой экипировке и шлеме «Алтын». Сразу как-то проникся к нему симпатией — видно, что человек шарит в важности защиты головы и лица.

Щека, например, осуждает меня за то, что я таскаю на себе «Алтын», так как он считает, что обзор гораздо важнее.

Может и так, но если тебе в фейс влетит пуля, обзор будет неважен. У меня уже было далеко не один раз, что вместо сквозной дырки в лице я получал лишь царапину или вмятину в забрале.

— Приветствую! — помахал нам рукой этот мужик. — Меня зовут Осоедом! Это я разговаривал с Профом! Кто из вас Проф?

— Приветствую, Осоед! — сказал вышедший вперёд Проф. — Это я!

— О, здорово! — ответил Осоед и спустился по трапу. — Мы ошиблись по времени — аппаратура барахлит!

Проф подошёл к трапу, дождался, пока Осоед спустится, после чего пожал ему руку и начал тихо переговариваться с ним.

Осоед поднял забрало «Алтына» и я сумел рассмотреть его лицо.

Ну, если судить по общему состоянию физиономии, то ему никак не меньше тридцати, но это может сказываться минимум недельная щетина, а также сетка глубоких шрамов.

Черты лица у него славянские, глаза карие, а волосы чёрные — стоковая комплектация, короче говоря.

В целом, у меня впечатление, что Осоед — это образцовый нормис, которые, в относительно недалёком прошлом, населяли большую часть нашей планеты.

— О чём болтают? — тихо спросил Щека у Фуры.

— Любезностями обмениваются, — ответила та. — Осоед разливается в благодарностях. Ещё сказал, что привёз с собой 437 человек из обычных, а также 14 КДшников. Спрашивает о договорённостях — в силе ли они? Проф подтверждает.

— Блин, круто тебе… — сказал я с чувством зависти.

— Не завидуй, — попросила Фура. — Иногда я слышу то, чего бы мне совсем не хотелось слышать… Так, всё, они начинают выгрузку пассажиров. Проф шепнул, чтобы мы были наготове.

Осоед вернулся в салон самолёта, а Проф отошёл от трапа на несколько шагов.

Минут пять ничего не происходило, а затем из самолёта начали выходить гражданские — мужчины, женщины и дети.

Проф дал знак и заранее подготовленные автобусы тронулись с места и выстроились перед самолётом в колонну.

— А где их КДшники? — спросил напряжённый Череп.

— Очкуют, — ответила Фура.

— В смысле? — не понял Череп.

— У них проходят напряжённые переговоры, — пояснила она. — Осоед уверяет неких Бумеранга и Кариеса в том, что Проф нормальный и это не засада. Но эти двое паранойят и сильно опасаются, что мы их всех порешим, как только они выйдут.