Да, путь предстоит неблизкий, в весьма экстремальных условиях, что потребует огромного количества килокалорий, которые я всё это время запасал.

Иногда приходилось тратить их, так как если бы я прекратил выступать на арене, это было бы подозрительно — я эпизодически отбывал там номер, стараясь экономить энергию.

Теперь же я достаточно жирный, чтобы выдержать длительный и интенсивный переход, но надо будет тщательно считать калории и прорабатывать оптимальные маршруты, чтобы не бегать зря.

Есть ещё один фактор, который невозможно оценить заранее — боевые действия. Я не знаю, сколько КДшников бросят за мной в погоню, как часто я буду с ними сталкиваться, какие звери мне встретятся и так далее. А это очень веская статья расходов калорий, но она рандомна.

Слезаю с Мхасин и сразу же направляюсь в душ. Чернокожая женщина остаётся лежать на кровати и довольно улыбаться.

Этой вообще норм, как я понял, что она находится в рабстве и назначена на развод КДшников, но это объясняется тем, как она выживала всё это время.

Она из Судана и меня очень заинтересовала история её жизни, так как она из тех краёв, в которые я собираюсь отправиться сегодня ночью.

А жизнь у неё была такая, что даже врагу не пожелаешь: родилась в очень бедной семье, отец её погиб во время Второй гражданской войны, поэтому тащить семью на себе пришлось матери, ну и детям пришлось очень рано начать пахать в поле.

В конце концов, ситуация у семьи Мхасин выправилась, ну, относительно, конечно же, она даже начала стабильно посещать школу, чего раньше не могла себе позволить, из-за занятости на чужих полях, которые её семья обрабатывала за жалкие копейки.

И вот она окончила школу, думала даже переехать в ближайший город, чтобы найти там работу и мужа, но в Судане разгорелась Третья гражданская война, в ходе которой погибли её братья и мать. Конфликт продолжался до самого начала зоошизы и ещё недолго после, потому что звери-то звери, но причины для конфликта никуда не делись. Вот где-то в этот момент Мхасин поняла, что надо съёбывать, любой ценой…

С большим табором беженцев, теряющим сотни людей по дороге, она добралась до юга Египта, но там её никто не ждал, поэтому ей пришлось пойти в услужение к какому-то функционеру старой администрации, который любил, скажем так, потыкать в шоколадку.

Она работала на него около полугода, а затем к власти пришёл султан, который отдал южные провинции на кормление своих гвардейцев — эти не стали разводить церемонии и перебили всю местную элиту, присвоив себе её материальные и духовные ценности.