В один из таких моментов, когда щит наклонился слишком сильно, снаряд попал в шлем гигаперса и взорвался.

Гигаперс рухнул на землю, как подкошенный, но это лишь прибавило Щеке энтузиазма и он начал расстреливать тело на обе ленты.

Нательная броня оказалась гораздо слабее по прочности, чем щит, поэтому гигаперса быстро разорвало на куски. Но Щека остановился только когда увидел, как в сторону откатилась сначала правая рука, а затем и окровавленный шлем.

«Надо было вступить с ним в поединок — это же опыт, блядь!» — с досадой подумал Щека. — «Пиздец!!!»

Он с досадой сплюнул и вновь уставился в прицел.

Заряжающие установили новые цинки с «нормальными» лентами, заряженными бронебойно-зажигательными и осколочно-фугасными снарядами — советские конструкторы предусмотрели такой набор для борьбы с авиацией, но он отлично работает и против живой силы, что установлено ещё советскими военными.

Наконец, телега смерти въехала во внутренний двор крепости, где царил панический бардак — некоторые боевики сидят в зданиях и ведут огонь, а некоторые беспорядочно бегают по двору, пытаясь найти себе место.

Последних Щека и срезал одной длинной очередью, а затем взялся за обезлюживание этого, пока что, населённого участка.

Снаряды пробивали стены или взрывались на них, гильзы со звоном бились об пол и наполняли полуоткрытую рубку телеги ни с чем не сравнимым запахом горелого пироксилинового пороха.

Очередная перезарядка открыла противнику окно возможностей, но тут в дело вступили Муравей и Шахром, начавшие отстреливать всё живое из ручных пулемётов.

После ещё одной серии коротких очередей, каждая из которых нашла свою цель, контроль над двором был установлен.

Персы не закончились, но они просто перестали пытаться заходить в помещения, обстреливаемые Щекой.

В пролом, созданный Щекой, вошли фланговые подразделения, возглавляемые Черепом и Фурой.

Коротко кивнув им, Щека продолжил наблюдение за окрестностями, а фланговые отряды пошли на штурм внутренних помещений.

— Можем присоединиться к ним? — спросил Муравей.

— Нет, блядь, не можете! — ответил Щека. — Если Ронин прикажет перетащить телегу в другое место, кто будет толкать её? Фёдор? Иван? Я⁈ Нет, нихуя! Придерживаемся плана!

Фёдор и Иван — это ополченцы, назначенные заряжать установку, и у них не хватит сил даже просто толкнуть телегу, не говоря уже о её перемещении…

Через стены перебираются другие штурмовые группы Фронтира — они сразу же заходят во дворец, чтобы поддержать зачистку.

Щеке стало скучно, поэтому он достал зубочистку и начал увлечённо ковыряться ею под ногтями.