Тут либо надо выкачивать сильнейших КДшников до предела, которого нет, либо принимать программу воспроизводства КДшников и брать числом.

«Я думаю, дети-КДшники, выращенные в специфических условиях, с заточкой под боевые действия — это уже совершенно другие КДшники», — обдумал я это. — «Многих из нас, нынешних КДшников, тяготит багаж прошлого: всякая рефлексия, привитый с ранних лет гуманизм, какая-то не особо актуальная сейчас мораль, а также привычки. У этих детишек не будет никаких ограничений, поэтому планету Земля, в ближайшем будущем, ждёт полный пиздец».

Сейчас, когда доминирующие КДшники являются продуктом старого мира, всё происходит относительно по-людски, а вот с этими зверятами…

И вот тут сразу же дилемма — либо жить дальше, как обычно, с перспективой пасть под натиском зверят будущего, либо запрыгнуть в вагон хайп-трейна и уподобиться остальным, но зато выжить.

— Контакт! — воскликнул я, обнаружив силуэт танка в двух с половиной километрах впереди. — Двенадцать часов!

Сразу же спрыгиваю с брони и мчу на холм, чтобы завладеть господствующей высотой.

БМП-1П сразу же отработала ПТУРом, который прошуршал в воздухе и влетел в лобовую броню танка Т-72, сразу же скрывшегося за пламенем взрыва.

Забираюсь на вершину холма и укрываюсь за гребнем, сразу же достав рацию.

— «Январь», на связи «Дюшес-1», — заговорил я. — Наблюдаю два танка Т-72 неизвестной модификации, один бронетранспортёр М113 с крупнокалиберным Браунингом, а также непонятный бронетранспортёр с пулемётом типа ДШК.

— Понял тебя, «Дюшес-1»! — ответил Ронин. — Скоро будем! Отступайте!

Переключаюсь на соседний канал.

— «Каркас-1», говорит «Дюшес-1»! — позвал я экипаж БМП-1П. — Наводи «тучу» и отступай!

— Принято, «Дюшес-1», — ответил командир экипажа.

Спустя секунды из мортирок на задней части башни выстрелили дымовые гранаты, которые, через несколько десятков секунд, заволокли часть трассы непроглядным дымом.

ИК-зрение через этот дым тоже не пробивает, потому что «Тучу» делали умные люди, которые хорошо знали о такой штуке, как тепловизор, поэтому предусмотрели специальный аэрозоль, поглощающий тепло. Из-за этого аэрозоля дымовая завеса становится для меня сплошной стеной, через которую не проходит нихрена.

БМП-1П отступила, как и положено передовому дозору, а я остался лежать за гребнем и наблюдать за действиями противника.

Основная колонна находится в пяти-шести километрах, поэтому у неё есть время, чтобы развернуть боевой порядок и встретить врага, как полагается.

У нас есть три полнофункциональных Т-72, две БМП-2 и два южнокорейских бронеавтомобиля Raycolt KLTV. Танки задействованы все, что были на ходу — есть ещё два полуразобранных, которые каннибализировали ради остальных.