Не было времени на отдельные встречи с каждым, потому я созвал глав наемничьих отрядов вместе. Они порядком офигели, что работают бок о бок, но не встретились. Заслушал доклады и показал на карте некоторые объекты, неофициально принадлежавшие противникам.

Пока наёмники работали аккуратно, присматриваясь к врагу и не сильно его тревожа. Скорее как муравьи, атакующие медведя. Но это только пока.

Они стреляли издали. Делали стремительные налеты и тут же сматывались. Перерезали проводку. Взрывали авто. Даже банально шины прокалывали. Поджигали всё, что горело. Занимались полнейшей городской партизанщиной, парализуя официальные и неофициальные предприятия противников, заставляя их готовиться к осадному режиму.

Били по самому больному, прямо по яй… кошельку. Потерь не понесли. Ранения не в счет. А вот у противника каждый день кто-нибудь да получал травму, убитых пока немного. Но и задачи такой не стояло. Главное до сего момента было — действовать незаметно. И наёмники справились.

Обата реагировали на угрозу быстро. Мгновенно сменили все точки сбыта запрещенки. Остальные противники перешли в режим повышенной готовности.

Я дал наёмникам координаты человека Султана. Теперь еще и с ним сами работать будут без моего посредничества.

Вечером планировался большой бадабум. Больше всех достанется клану Хон, чтобы прикрыть Ма Ри Ну.

Но и остальным расслабляться не стоит. В Японии и Корее осталось достаточно тех, кто помнит их грехи, и непременно решит хоть немного, но поучаствовать в похоронах. У кланов долгая память.

Удавка всё туже затягивалась вокруг шеи моих врагов. Постепенно, чтобы они раньше времени не попытались её сбросить. Чтобы думали, что давящее чувство — это всего лишь тугой ворот свитера.

* * *

На себя мы взяли порт, как самую опасную точку. Обата занимаются контрабандой в том числе и через контейнерные перевозки.

Я придумал, как не выдать своё лицо камерам. Просто засвечивал его излучением. И вот идёт человек, а вместо морды сплошная вспышка.

Двух противников убрал со снайперской винтовки. Затем мы пошли на приступ. Одаренных в порту почти не было, автоматный огонь, если стоять за Джи-А, вообще не страшен.

Мы не разбирались, где кто.

— Жги, родная! — ласково прошептал я на ушко Джи-А, и она, наконец, дала волю своему вулкану.

В прямом смысле. Я не видел раньше эту технику. Посреди портового терминала пошел разлом в земле. От дрожи начали раскачиваться конте́йнеры.

Пласты земли внахлест сталкивались, образуя воронку вспухающего вулкана. Он рос и рос, все менее походя на технику третьего ранга.