Затем взгляд зацепился за парочку коневодов. Они вели лошадей под уздцы. Некоторые гости острова просто фотографировались с ними, другие же отваживались на прогулку. А это вариант!

Джи-А подошла и договорилась, нам выдали трёх лошадок. Безымяныш ездить верхом не умел вообще, а потому его кобылку вели как у простого туриста.

— Цок. Цок. Цок! — размеренно ступала лошадь. Эх, отвык я. Дома хоть пару раз в сезон, но выезжал с ребятнёй покататься.

Джи-А тоже никакая наездница, но, по крайней мере, из-за табура она не боялась свалиться. Потому, когда я рванул вперед на своем скакуне, доводя коневода до инфаркта, помощница последовала за мной.

— Тыгдык! Тыгыдык! Тыгыдык! — били копыта по асфальту. Кайф! Эх, если бы Сарантуя Ананд не проголосовала против меня на последнем совете, задружился бы с её кланом. Почаще бы катался на Чеджу.

На паром возвращались довольные. Только Джи-А была излишне задумчивая.

— Что-то случилось? — спросил я.

— Жаль паренька, — сказала она. — Ты же ему жизни теперь не дашь.

— О да! Ему такая жопа, что мне аж самому плохо от одной мысли. Безымяныш, у тебя появилась отличная подвижная груша.

* * *

Едва гости вышли, служанка оставила чашки и развалилась в кресле.

— Кто-нибудь! — властно гаркнула она. — Уберите здесь всё.

Снизу послышался топот настоящих слуг. Когда все убрали, Хиен Бак поднялась вместе с сыном.

— Могла бы и посоветоваться со мной, — строго заявила сидевшая в кресле — Сора Бак. — Выйди! — даже не взглянула на внука матриарх рода.

— Я уже большая девочка, — спокойно выдержала материнский взгляд Хиён. — И какое бы ты решение приняла?

— Такое же, — заулыбалась женщина, и черты её лица разгладились. — Но сказала бы его только на следующий день, — снова посерьезнела она. — А теперь, что он подумает?

— А не все ли равно. Главное, что он сделает.

Сора сощурилась.

— Он тебе что, понравился?

— Не мели ерунды. Конечно, он приятный молодой человек, и явно счел меня красивой, но он слишком юн. Хотя эта его аура…

— Ему стоит поставить памятник хотя бы за то, что наконец-то смог заставить тебя оторвать это дитятко от материнской ляжки.

— Не начинай, — закатила глаза Хиён. — Просто ему, и правда, пора взрослеть.

— Только вот когда я на это давила, всё кончалось скандалом.

— Обстоятельства были другие, — парировала дочь. — И аргументы слабые. А тут все условия, мужской коллектив, наставничество.

На это Сора лишь ухмыльнулась. Она еще по глазам Безымяныша и Ена прочитала, какое там будет наставничество. Слезы, пот и кровь — вот что ждет её внука. И только за это одно женщина готова была оказывать новую союзнику всяческую поддержку.