Я уже догадывался к чему она ведёт.

На экране снова сменилась картинка. Существ оставили в покое, и они уснули.

— А теперь следите за руками. В ходе эволюции у всех видов появляются адаптационные маркеры. Тут с ними была беда.

— В каком смысле? — не удержался я от вопроса.

Ученая улыбнулась.

— У вида имелись необычные последовательности ДНК, странные повторяющиеся сигменты, порой вирусоподобные.

Сопровождали её слова непонятные отчеты, которые стороннему человеку ничего не говорили.

— Едем дальше, — она нажала кнопку на пульте и слайд опять переключился. На нём был изображен уже немолодой профессор, который приехал на Чеджу из России по моей программе. Преподаватель университета. — Один из ученных обнаружил редкое соединение в клетках гуманойда. Он не мог понять, что его смутило, но мы ведь не роботы, поэтому наш исследователь, доверившись чутью, пошел по этому следу. И после серии опытов понял, что это очень похоже на белки и аминокислоты, характерные для лабораторного производства, для стабилизации белковых молекул. В природе их не бывает.

На экране изображалось, как гуманойды реагируют на различные виды животных и птиц, которые подносили к бронестеклу в их камерах.

— Обычно виды отличаются разнообразием внутри популяции. Все благодаря той же эволюции. Здесь же мы наблюдаем, конечно, не клонов, но настолько высокую степень однородности, что это наводит на мысль, о целенаправленном проектировании вида. — То есть…– подтолкнул я её.

— С высокой долей вероятности можно заключить, что псайберы, ловцы, юниты, артефакторы и монстры — выведены искусственно. А вот сам Ушедший, если это он, вполне себе настоящий. Плод эволюции. Все признаки отбора на лицо.

Зал погрузился в тишину. Все осмысляли новую информацию.

— Если они их штампуют в промышленных масштабах, мы захлебнёмся, — заметила Минхе.

— Это ведь не весь доклад, — заметил я, дав достаточно времени подумать в тишине.

— Это еще не всё, — кивнула девушка. — Если переводить на людские года, первая особь в возрасте двадцати лет. А вот вторая двести сорока четырёх. У них отменные способности к регенерации.

На экране было видно, как в таймлапсе заживают раны разной сложности.

— Они отлично задерживают дыхание под водой, потому что включается режим энергосбережения и потребность в кислороде становиться низкая. Вот холод все виды морфов не любят.

— Это понятно и по ситуации на земле. В северных регионах они нос не показывают, — заметил я. — Значит, либо против нас летняя армия, что навряд ли, либо у них время собрать урожая до зимы. И не факт, что они не вернуться на следующий год. Получается, уже сейчас надо на всякий случай подготавливай людей к мысли об эвакуации в более холодные районы. Например, ко мне на родину. Более того, сегодня я доведу до императора мысль, что пора готовиться к войне за эту территорию уже с людьми. Север большой пока безлюдный, и маленький, если туда решит переселиться всё человечество. Особенно, если решит это сделать, не спрашивая хозяев… дальше пояснять не надо. Логика развития обществ всем здесь очевидна.