Я жестом велел мрону остановиться и мазнул пальцем по его коже.

Так и есть: на пальце остался тонкий налет прозрачной, почти невидимой слизи, которой даже моя дубленая шкура пусть ненадолго, но все-таки поддалась. Оборотню крупно повезло, что он нечувствителен к ядам. И вдвойне повезло в том, что у него, как и у меня, отличная регенерация.

На гончих, кстати, слизь не подействовала. Вероятно, зачарованные кости оказались ей не по зубам. Мне она тоже неприятных ощущений не принесла. А вот сапоги, похоже, скоро придется менять, хотя я, признаться, на это не рассчитывал.

Пришлось изменить первоначальные планы и вместо тихого незаметного проникновения в логово врага раньше времени воспользоваться проклятием. Облепившей тоннель мякоти это, разумеется, не понравилось, зато дорога быстро расчистилась, а жизнь моих несчастных сапог продлилась еще на какое-то время.

Так мы и шли — я, мрон, молчаливо следующий перед нами Мор, на которого лезущие отовсюду «лапы» не оказывали ни малейшего влияния, а также две костяные гончие, мое проклятие, тихонько вычищающее узкий тоннель, и облепившие псов пауки, которые при первой же возможности спрыгнули на пол и посеменили за стеной из проклятия, благо теперь дорога была свободна.

К счастью, долго идти не пришлось — за первым же поворотом призрак остановился и даже как будто заколебался.

Дочистив тоннель до этого места, я отогнал проклятие, чтобы не мешало обзору, и почти сразу замер так же, как Мор, поскольку совершенно не ожидал увидеть то, что мне открылось.

Мы стояли на краю огромной… прямо-таки исполинской пещеры, чей потолок украшали многочисленные каменные «сосульки», а снизу ее разрезали на части такие же многочисленные, похожие на омытые волнами скалы, узкие колонны.

Практически все пространство между ними оказалось заполнено той розовой массой, которую мы видели в тоннеле. Где-то ее было больше, и тогда основания стен начинали походить на воздушные облака, где-то меньше… Порой сопливые «лапы» длинными тяжами тянулись вдоль стен и под потолком, а с них чуть ли не до земли свисали все такие же неопрятные розовые лохмотья, похожие на рваную паутину.

Довольно быстро я обнаружил, что «облака» вдоль стен и вокруг колонн находятся вовсе не хаотично. В них тоже, как и в лабиринте наверху, чувствовалась система. А когда я качнулся, чтобы рассмотреть их получше, то обнаружил, что в одном из облаков что-то лежит.

Вернее, кто-то лежит. Скрюченное, похожее на эмбрион человеческое тело, при виде которого оборотень тихо выругался, а Мор заметно помрачнел.