— Он никуда не уходил, — с улыбкой бросил я и направился на скамейку запасных, где начал отбивать «пятюни» довольным одноклубникам и сотрудникам команды.

Матч закончился нашей уверенной победой со счётом 7:1. Все были в восторге от результата, за исключением немногих болельщиков «Портсмута» и их игроков. После финального свистка стадион взорвался аплодисментами, и болельщики стоя выкрикивали имя сэра Алекса. Вы хотели праздника — и вы его получили!

* * *

На следующее утро Лена с Женькой умотали на машине в Ливерпуль на какую-то художественную выставку какого-то знаменитого скульптора, а может, и художника, фамилию которого я даже не пытался запоминать. Меня, конечно, приглашали присоединиться к их дружной компании, куда записалась их новая подружка Бетти (сам был в шоке от такой новости), но я вежливо отказался, решив посветить этот выходной написанию новой песни. Девочки отнеслись к моему решению с пониманием и попросили вечером услышать готовую композицию под аккомпанемент пианино, который стоял в просторной гостиной на втором этаже наших апартаментов.

Работа над песней заняла много времени. Пока придумал новые строки в припеве, пока вспоминал мелодию и подбирал нужные ноты, мой организм успел сильно проголодаться. Взглянув на часы, ужаснулся — было уже начало третьего.

Быстро одевшись, спустился на лифте в ресторан и заказал обед, который схомячил минут за десять. Только начал наслаждаться чаем с бергамотом и выковыривать из зубов остатки мяса, как мой мобильный телефон, лежавший на краю стола, завибрировал (я специально отключал звук мелодии), и на экране появилась надпись на русском: «Уазза Шрекович».

— Алекс, привет! Чем занят?

— Сижу в ресторане, в зубах ковыряюсь, — спокойно ответил я, разглядывая в панорамное окно соседнее здание.

— Слушай, я тут подумал, а не устроить ли нам маленький праздник в честь моего вчерашнего покера. Посидим, пожарим мясо на углях, пивка выпьем.

Я не спешил с ответом. По его слегка нагловатой интонации я сразу понял, что он уже успел выпить, и, скорее всего, это было не пиво.

— Алекс, не молчи, давай подкатывай со своими девчонками, а то мне скучно. Колин ещё с утра умотала к родителям. Её бабушка при смерти. Ну что скажешь?

— А Неце будет? Ты ему звонил? — сломав зубочистку, уточнил я.

— Он почему-то недоступен. Дрыхнет, наверное, — усмехнулся Уэйн.

— Ага. Это дело он любит, — хмыкнул я. — Ладно, дружище, я приеду, но только один. Мои красавицы умотали с раннего утра на выставку в Ливерпуль.

— Отлично! — завизжал от радости Руни. — Я знал, что ты меня не бросишь. В магазин заезжать не нужно. Уже всё куплено.