Глава III
— Херово, Серега, это все очень херово. — резюмировал сидящий за столом «Сидоров» мой доклад. Достаточно лаконичный, само собой. Пока что без ненужных подробностей. — Вас с Айлин прятать и вывозить надо.
— Возражаю! — сказал я. — Если конечно мое мнение кого ни будь интересует.
Сказанное мной было очень серьезно обдуманно, времени на это у меня было достаточно.
— Нет, — остро глянул на меня шпик, — не интересует. Про перспективы можешь не говорить, я их получше тебя вижу. Ты раскрыт, и это все что нам должно знать. Не ты первый такой рисковый. И не десятый.
— Иваныч, — вздохнул я, — вот зачем мне башню оружием и боеприпасами набили? Все же изначально понимали про риск раскрытия и прочий интерес власти. Владелец боевых артефактов привлекает куда больше внимание чем хозяин полуразвалившейся башни с годовым доходом в пару десятков золотых и тремя слугами. Нет?
— Да похуй на них, эти власти! — вспылил Василий Иванович. — Тобой, балбес, интересуются боги этого ебучего Хейена! Да у тебя, отморозь, позвоночник в трусы от ужаса высыпаться должен! Это не мне тебя уговаривать нужно, а тебе эвакуацию надо выпрашивать!
«А ведь он до сих пор о мне и Хеле не разнюхал!» — реально удивился я. — «Вообще ничего! Ну или посчитал сплетнями».
— Ну… как бы тебе сказать, — начал я, — власть здешнего пантеона сильна вокруг Срединного моря…
— И чо?
— Он в Хейене не единственный.
— И хули ты этим хочешь сказать, умник? — устало вздохнул Иваныч.
— То, что аэронский пантеон в Хейене не единственный и что еще более важно — заметили меня местные боги, если их конечно так можно назвать, уже довольно давно. И я как ты видишь жив, как, впрочем, и все, кто со мной контактировал. Насколько мне известно.
— Что блять?
— Хела давным — давно меня выкупила, блять! — психанул уже и я. — По предположениям этого лысого хера, еще когда я в воротах Бир — Эйдина двоих дворян со слугами положил. Один из них был из ее паствы. А мне потом и его брата пришить пришлось.
«Сидоров» уставился на меня крокодильим взглядом.
— И ты молчал…
— О чем? — поспешил оправдаться я. — Ни во снах ни наяву она мне не являлась, птички от взгляда не падают, трава не жухнет. Я даже не сам ее внимание подметил, а подсказали мне. Потом нужно было подумать, что с этим делать и нужно ли что — то делать вообще. Пока наши беглецы на меня не вышли в храм в Бир — Эйдине сходил, с настоятелем свел знакомство, с сыном его из — за Айлин чуть не поубивали друг дружку.
— И?
— Нет, и там не предстала передо мной, увы. Но метку на мне жрец подтвердил. Сына вон прикомандировал кнехтом.