В моей гостиной горел свет. За столом сидел Шурф Лонли-Локли. Он уткнулся в какой-то старинный фолиант: в последнее время парень увлекся раскопками залежей старых книг, которые загромождают подвальное помещение Мохнатого Дома еще с тех незапамятных времен, когда он был не моим жилищем, а Университетской библиотекой. В связи с этим сэр Шурф уже не раз покидал мой дом далеко за полночь, но сегодня он, пожалуй, здорово перегнул палку…
— Это кто? — не оборачиваясь, спросил он.
— Сам не знаю, — ответил я. И замер, ошеломленный собственным ответом.
Шурф обернулся и внимательно посмотрел на меня.
— Что-то не так, Макс?
— Да нет, все так, — вздохнул я. — Просто ты спросил, кто это, а я вдруг понял, что уже давно не знаю, кто я такой…
— Я понимаю, — серьезно кивнул он.
— Зато я не понимаю, — беспомощно улыбнулся я. — Но наверное, это и не обязательно?..
Гугландские топи
Незадолго до рассвета дверь моего кабинета тихо скрипнула, и на пороге возник взъерошенный Мелифаро — не то злой, не то просто ужасно невыспавшийся. Вообще-то его появление на службе в это время суток было делом немыслимым. Теоретически Дневному Лицу господина Почтеннейшего Начальника положено переступать порог Дома у Моста часа за три до полудня, но на самом деле это, как правило, случается гораздо позже, и все уже давно поняли, что парня легче убить, чем переделать. Но решили пока не убивать: сэр Мелифаро — существо полезное.
— Если ты сейчас сообщишь мне, что стряслось нечто непоправимое, я сначала немного побьюсь головой о стенку, потом подам в отставку и убегу на край света. В финале я, скорее всего, окажусь в каком-нибудь арварохском Приюте Безумных.
Я очень старался сделать вид, будто мне чертовски весело, но мои запуганные печальным опытом сердца уже замерли, приготовившись отчаянно бухнуться о ребра в случае чего.
— Не паникуй, чудовище! У меня в доме действительно творится Магистры знают что, но все не так страшно, чтобы убегать на край света… Вот если бы ты немного побился головой о стенку, меня бы это здорово утешило. Так что будь любезен, доставь мне удовольствие!
— Успеется, — с облегчением сказал я. — Лучше рассказывай, что у тебя случилось. Леди Кенлех наконец разглядела твою потрепанную физиономию при дневном свете, поняла, что ты не в ее вкусе, и выставила тебя за дверь? Вот и умница!
— Размечтался! — гордо фыркнул Мелифаро. — Хорошо же ты себе представляешь нашу совместную жизнь… И вообще, хватит трепаться! Угости меня камрой, изобрази на своей жуткой роже какое-нибудь подобие сочувствия, и тогда я уткнусь носом в подол твоей линялой скабы и поведаю тебе о своих многочисленных бедах. И не трудись делать вид, что мои откровения тебе до одного места: ты же от любопытства лопаешься!