— Пр-р-роклятье! — заорал Кракен. — Это кошмар-р-р! Лучше бы мозги вместо ног попр-р-росила! Влюбить и за бор-р-рт тебя! Хотя… погоди… Ты что? Вер-р-рнула себе ноги пр-р-ри помощи мор-р-рской ведьмы?

Я кивнула. Врать было бессмысленно.

— Погоди… Это получается, что… — Кракен нахохлился и стал расхаживать по столу. — То есть, ты кого-то любила? Не так ли?

Я чуть не подала голос, как вдруг вовремя спохватилась. И зажала рот руками.

— Кого-то любила, значит. И если нужно, чтобы Искандер-р-р в тебя влюбился, то это значит, что ты… все вспомнила? — думал Кракен. А потом встрепенулся.

У меня чуть не вылетело изумленное: «Что?».

— Если я сейчас смогу р-р-рассказать о пр-р-роклятии, то значит, оно снято! — торжественно произнес призрак. — Искандер-р-р и есть пер-р-рвый пр-р-ринц Ратенбор-р-рна! Ты пр-р-рокляла его стать пир-р-ратом. На обр-р-ратном пути кор-р-рабль захватили пир-р-раты! И я попр-р-росил не убивать пр-р-ринца. Так он стал сначала обычным пир-р-ратом. А потом с моей помощью капитаном собственного кор-р-рабля! И однажды он встр-р-ретил мор-р-рскую ведьму, которая сказала ему, что он — пр-р-роклят. И пр-р-рокляла его маленькая пр-р-ринцесса. И когда пр-р-ринцесса в него влюбится, то пр-р-роклятие спадет…И Искандер-р-р сможет вер-р-рнуть свой тр-р-рон! Только он не имеет пр-р-рава никому говор-р-рить о пр-р-роклятии. И уж тем более, пр-р-ринцессе!

Мои глаза расширялись от ужаса.

— Искандер-р-р был очень зол. Он пр-р-росто р-р-рвал и метал! — продолжал Кракен. — Он пообещал р-р-разыскать тебя, влюбить и выбр-р-росить за бор-р-рт, когда пр-р-роклятье будет снято.

Я покачнулась. И едва не села на ковер. Моя дрожащая рука нащупала покрывало с кровати. Я завернулась в него и стиснула зубы, чтобы не высказать все, что думаю по этому поводу.

— И тепер-р-рь пр-р-роклятье снято! — заметил Кракен. — Искандер-р-р все так же зол на тебя. И мечтает выбр-р-росить тебя за бор-р-рт.

Я подняла глаза на призрак попугая. А потом бросилась к столу, скрипя пером на обрывке какой-то карты. Я писала про принца, про заклинание и про то, что не знала, кем стал принц.

— Так, погоди, — послышался голос Кракена. Он прищурился на меня. — Какой ужас! Это пр-р-росто кошмар-р-р!

Согласна. Сама не ожидала. Я тяжко вздохнула, терпеливо держа листок с историей перед носом попугая.

— Я плохо р-р-разбираюсь в твоих кар-р-ракулях, но кар-р-рта, от котор-р-рой ты отор-р-рвала кусок была бесценной! Там было указано место, где спр-р-рятаны баснословные сокр-р-ровища, — насмешливо заметил попугай. — Отличное начало р-р-романтических отношений. Он тебе за эту кар-р-рту такую р-р-романтику устр-р-роит, что ведьма квер-р-рху бр-р-рюхом всплывет!