на риск? Он выдержал паузу и увидел, что его слова дают требуемый эффект. — А теперь, если вы меня извините, мне нужно сделать несколько важных телефонных звонков. Вот комната отдыха. Посидите там, почитайте, чего нам удалось добиться. Коуви с папкой в руках прошел в указанную Фарли комнату. Дверь за ним закрылась. Фарли уже понял, что старик дотошный и обстоятельный. И дал ему сорок пять минут на знакомство с материалами. Наконец поднялся из-за стола, подошел к двери в комнату отдыха, открыл. Прежде чем успел раскрыть рот, Коуви поднялся с кожаного дивана со словами: — Я на это пойду. Хочу пойти. — Очень рад за вас. — Искренность в голосе Фарли не вызывала сомнений. — И что мне теперь делать? — Вам нужно пройти MP-томографию и сдать кровь на анализ. — Вам не понадобится часть моего мозга? — Этим-то и замечательны гены. Каждого из нас можно полностью воссоздать по одной клетке крови. Коуви кивнул. — Потом вы измените ваше завещание, а благотворительные организации мы возьмем из этого списка. — Он раскрыл одну из папок, лежащих на столе, и достал список благотворительных организаций, созданных фондом в последнее время. — Какие вам нравятся? Вам нужно выбрать три или четыре. Они должны соответствовать вашим интересам в этой жизни. — Вот. — Коуви обвел кружком три названия. — Самую большую сумму я оставлю «Метрополитенской ассоциации содействия искусству». Вероника, моя жена, была художницей. Так можно? — Конечно. — Фарли переписал названия выбранных организаций и их реквизиты на отдельную карточку, протянул Коуви: — Отдайте вашему адвокату. Старик кивнул. — Его офис в нескольких километрах отсюда. Я смогу увидеться с ним прямо сейчас. — А потом принесите нам копию завещания. — Фарли не стал говорить о том, что Коуви, опытный бизнесмен, и так знал. Если завещание не будет изменено или если позже он изменит завещание еще раз, фонд не станет клонировать его мозг. Последнее слово оставалось за ними. — А как насчет… ухода? — Это ваш выбор, — ответил Фарли. — Исключительно ваш. Завтра или годом позже. Когда сочтете нужным. У двери Коуви остановился, повернулся, пожал Фарли руку. Рассмеялся: — Кто бы мог подумать? Навсегда остаться среди живых… В греческой мифологии Эос, богиня зари, жить не могла без людей-любовников. Она по уши влюбилась в смертного, Тифона, сына царя Трои, и долго убеждала Зевса позволить ему навсегда остаться среди живых. Бог богов согласился. Но упустил одну мелочь: даровать Тифону не только бессмертие, но и вечную молодость. И если Эос ни на